2
0Я не думала ни о чем, кроме как о желании быстрее кончить.
Дейн осторожно опустил меня на матрас.
— Ложись на спину, малышка.
Я сделала, как он попросил, но приподнялась на локтях и смотрела, как он скользнул руками вверх по моим бедрам, поймал пояс моих шорт и трусиков и стянул их.
— Раздвинь ноги пошире. Шире, Виена. Вот так.
Дейн уставился на мою киску, его глаза блестели с такой неприкрытой жадностью, что мои внутренние мышцы сжались. Он потянулся за стаканом на тумбочке, даже не взглянув на него, и сделал глоток, я стиснула зубы. Мне не очень нравилось, когда меня заставляли ждать того, чего я хочу, когда я так чертовски возбуждена.
— Ты собираешься пялиться на меня всю ночь? Потому что я хочу кончить.
Его глаза метнулись к моим, в них плясали искорки юмора.
— Нет, не всю ночь, — сказал он, ставя свой стакан. Он наклонился надо мной, заставляя меня лечь плашмя. — Я так долго думал об этом, — он провел кончиком пальца между моими складками, а затем погрузил его внутрь меня. Пропел: — Уже такая скользкая. Да, теперь эта киска знает меня, не так ли? Она хочет большего, — он глубоко вонзил палец.
Я облизнула губы.
— Тебя.
Он провел носом по линии моего подбородка и вокруг моего уха.
— Ты знаешь, чего хочу я?
Скользнув руками по его плечам, я сглотнула.
— Чего?
Его зубы царапнули мочку моего уха.
— Хочу узнать, какая ты на вкус, — он опустился на колени на ковер, схватил меня за бедра и дернул к себе. Его теплые руки раздвинули мои ноги так широко, как только могли, предоставляя ему лучший доступ. — Положи руки над головой, — сказал он, уткнувшись носом в мои складки.
— Зачем?
— Потому что я так хочу, — он лизнул внутреннюю часть моего бедра.
Стиснув зубы, я последовала его указанию. Подняв голову, я пристально посмотрела на него.
— Счастлив? — ублюдок, я едва удержалась, чтобы не добавить.
Он сильно всосал кожу на бедре, а затем резко прикусил ее.
— Перестань мысленно ругаться на меня.
Видите? Колдун.
— Я не… — у меня перехватило дыхание, когда он провел кончиком языка по моему пульсирующему клитору. Я откинула голову назад, застонав, когда он провел языком между моими складками.
Он что-то промычал глубоко в горле, а потом я поняла, что он был чемпионом в том, что касалось женщин.
Переполненная эндорфинами, я стонала и извивалась, когда его умелый язык лизал, кружил, погружался и лакал… пока я не начала дрожать от приближения разрядки. Мое тело кричало от сексуального наслаждения; от отчаяния, граничащего с лихорадкой.
