Услуга (ЛП)

Такое бесстрастное. Но в его глазах горел огонь.

Мой желудок ухнул, и каждый мускул в моем теле напрягся. Я снова почувствовала себя загнанной в ловушку. Мой инстинкт «дерись или беги» включился, приказывая действовать, отступить, оставить между нами хоть какое-то расстояние. Но я сделала то же, что и раньше: замерла.

Он остановился возле кровати, глядя на меня сверху вниз. Мои глаза быстро привыкли к темноте, так что теперь я могла разглядеть его лучше. Я увидела жадную потребность и похоть, отпечатавшиеся на его лице. Я сжала бедра, с трудом сглотнув.

Он небрежно отхлебнул из своего бокала, как будто это было совершенно нормально — вот так приходить в мою спальню. Не сводя с меня пристального взгляда, он поставил стакан на тумбочку. А потом начал расстегивать свою рубашку.

Сердце тяжело забилось в груди. Черт, сколько же он выпил? Дейн явно был не в себе. Хотя… он не выглядел пьяным. Его глаза не были стеклянными, и он не шатался. Он выглядел решительным. Сосредоточенным. Изголодавшимся.

Желание вспыхнуло внутри, отчего мои соски затвердели. Черт, это не может повториться. Не может.

— Дейн, — сказала я, мой голос был низким и успокаивающим, как будто я разговаривала с кем-то, кто был на грани прыжка с моста. Ситуация просто казалась такой шаткой. — Дейн, ты знаешь, что это плохая идея, — на самом деле привлекательная, но все равно неразумная.

Он ничего не ответил, никак не отреагировал. Он просто продолжил расстегивать эту долбаную рубашку.

Я откинулась назад на матрасе, а затем встала на колени, отодвинувшись от кровати, чтобы увеличить расстояние между нами.

— Не двигайся, — тихий звук его командного тона прошелся по моему телу, отдаваясь эхом в самых чувствительных местах, и я замерла. Он с одобрением прикрыл глаза. — Хорошая девочка.

Он снял рубашку и позволил ей упасть на пол.

Я невольно приоткрыла губы. Господи, его грудь была набита мышцами. У меня чесались руки погладить эту гладкую кожу; проследить линии и впадины его пресса.

Мысленно дав себе пощечину, я подняла руку, чтобы отогнать его."

"— Мы договорились, что это не должно повториться.

Его руки лениво опустились к поясу. Все еще двигаясь медленно и небрежно, он расстегнул верхнюю пуговицу ширинки, а затем опустил молнию, все это время удерживая мой пристальный взгляд. Я скорее почувствовала, чем увидела, как он скинул ботинки.

— Серьезно, Дейн… — о, черт, он спустил штаны и боксеры. Его толстый, длинный член был твердым, как камень. Будь я проклята, если этого ублюдка не благословили телом, созданным для соблазна и удовольствия.