2
0Зная, что он не собирается отступать, я решила рассказать ему заниженную версию правды.
— Это беспокоит меня гораздо больше, чем я думала.
— Что?
— Мысль о тебе с другой женщиной.
Он нахмурился.
— Думаешь, мысль о тебе с другим мужчиной меня не беспокоит?
— Я не знаю, Дейн. Я просто понимаю, что вся эта ситуация намного сложнее, чем я ожидала. Я не сбегаю. Я сталкиваюсь с трудностями лицом к лицу, но… Послушай, я не думаю, что я подхожу роль твоей жены.
— Ты единственный человек, которого я хочу видеть в роли своей жены. Мы зашли так далеко. Независимо от того, какое дерьмо творилось вокруг нас, мы продвигались вперед.
Я знала, что он не отпустит меня без боя, потому что я была его последней надеждой заполучить в свои руки трастовый фонд. У него не было времени строить фальшивые отношения с кем-то другим — особенно учитывая то, что он хотел, чтобы это выглядело реалистично. Вдобавок от него ожидали бы перерыва между нашим «разводом» и началом новых отношений. Он был бы вынужден снова тайно пожениться, и, да, это определенно выглядело бы фальшиво.
Он протянул руку и обхватил мою шею.
— Ты нужна мне, Виена. Мне нужно, чтобы ты верила мне, когда я говорю, что не нарушал своего слова. Мне нужно, чтобы ты оставалась на борту. Ты сказала, что будешь рядом до конца, — напомнил он мне.
Так и было. Но теперь… теперь, ну, на самом деле ничего не изменилось, не так ли? Потому что я действительно верила, что он не нарушил своего слова. Что означало, что он не сделал ничего, чтобы заслужить мой гнев. Я направляла его не на того человека.
К тому же я была немного несправедлива. Тот, кто прислал эти фотографии, хотел нас разлучить. Они могли бы с такой же легкостью следить за мной повсюду и делать мои фотографии, которые показались бы компрометирующими. Если бы они это сделали, я бы хотела, чтобы Дейн меня выслушал. Нет, я знаю, что у него хватило бы обычной порядочности выслушать меня. И если бы я должным образом объяснила правду о фотографиях, а он бы все еще сомневался в моих словах или хотел уйти от меня, я бы разозлилась. Не говоря уже о том, что мне было обидно, что он так думал обо мне.
Однако Дейн не сердился на меня. Он не говорил мне быть рациональной или дать ему передышку. Он был нехарактерно терпелив и понимал. А я? Я играла прямо на руку человеку, который отправил флешку. Они хотели причинить мне боль, и я позволила им обладать этой властью. Что было совершенно глупо.
Но не было бы так же глупо оставаться рядом, когда я явно была слишком увлечена им? Не было бы гораздо разумнее уйти сейчас? Или это было бы просто трусостью?
Я никогда не считала себя трусихой.
