Царь-гора

Я представляла себе, будто они сплетают вокруг меня руки и закрывают от опасности. Но потом поняла, что это не они, а я сама… мое нежелание становиться частью этого мира… Вам этого, конечно, не понять, – добавила она. – Вы и без того, кажется, считаете меня ненормальной.

Федор попытался оскорбиться:

– Это почему же мне, конечно, не понять? Вы, между прочим, не эксклюзив по этой части, не воображайте. Каждый второй в этом мире ненормальный. И никому это не кажется странным. Я, к примеру, сам ненормальный: недавно выпрыгнул с четвертого этажа. Идемте в кафе. Я голоден, как африканский крокодил.

Они заняли столик под зонтиком летнего кафе, заказали разной съестной ерунды и блюдо алтайской клубники. Пакеты с покупками Федор сунул под ноги, драгоценную книгу положил на стул рядом.

– А зачем вы прыгали с четвертого этажа?

– Вероятно, в тот момент мне тоже очень не хотелось становиться частью этого мира, – честно сказал Федор. – Причем не такой уж хорошей частью. Попросту говоря, куском дерьма. Прошу прощения.

– Это интересно, – она изогнула бровь.

– Да ни капли. Запутался, как ворона в проводах.

Федор дожевал бутерброд, подвинул к себе мороженое и накидал в него крупных, размером с мандарин, ягод.

– Вы пытались уйти от судьбы. Обмануть ее. – Аглая задумчиво наклонила голову.

– Да? Об этом я как-то не думал.

– Но у вас не получилось.

– Попал в кусты, – пояснил Федор. – Вылез оттуда расписной, как индеец.

– Нет. Просто это не так делается. В окно прыгать бессмысленно. Чтобы обрести свободу, нужно подняться на бесконечно высокую гору, – отрешенно глядя и забыв о еде, говорила Аглая. – Даже если за облаками не видно вершины, надо идти, не останавливаться.

И пускай нет надежды покорить ее – в самом восхождении уже есть свобода.

Федору стало не по себе. Он отодвинул плошку с мороженым и, не мигая, уставился на девушку.

– Вы читаете мысли, или вам отец Павел рассказал про гору?

Она качнула головой.

– Это старая алтайская легенда. О горе, чья вершина всегда скрыта за облаками. Людям, жившим в деревне под горой, казалось, что на самом верху непременно должно быть какое-то чудо. Каждый представлял его по-своему, мечтал подняться туда и увидеть все собственными глазами.

Время от времени кто-нибудь уходил из дома и шел в гору. Но когда он останавливался отдохнуть, то навсегда оставался на месте, потому что превращался в камень. В конце концов деревня опустела – никто из жителей не дошел до вершины. Иногда какой-нибудь из камней на склонах горы срывается с места и падает вниз, увлекая за собой другие. Может быть, когда-нибудь они снова станут людьми, если отыщется хоть один человек, который дойдет. Пусть изнемогая, падая, но не переставая двигаться вверх, до конца.