Третий не лишний

Тоже в полицейской форме европейского образца и даже с наручниками на поясе.

– Сок. Яблочный.

Удивленно вскинув брови, кивает. Я жгу взглядом спину Крис, но она держится – делает вид, что не видит меня. Получаю стакан и терпеливо выжидаю еще минут двадцать.

Бред, но ситуация неожиданно заводит. Кровь в венах начинает шипеть, и под ребрами жжет азарт.

Наконец, очередь желающих вдариться алкашкой рассасывается, остаются два каких-то чувака, пьяная блондинка, кокетничающая с Костиком, и я.

Крис высыпает лед в ведерко и протирает салфеткой стойку. После чего вскидывает на меня горящий взгляд.

– Еще сока?

Едва не сносит волной ее агрессии. Обдает холодом и тут же в жар кидает.

– Любимый твой где?

Вспыхивает как спичка. В глазах молния сверкает, а губы поджимаются и заметно бледнеют.

– Понятия не имею.

– Ммм… – тяну, машинально подаваясь вперед и втягивая ноздрями ее еле уловимый запах, – как у вас там с расписанием? Окошко не появилось?

– Для тебя никогда не появится, – проговаривает тихо, скашивая взгляд в сторону Константина.

Иногда мне кажется, что за дерзостью она прячет свою слабость.

Не боится шуток на грани и за словом в карман не лезет, но я видел ее уязвимой и беспомощной. Те качества, которыми манипулируют большинство женщин, она тщательно прячет за неприступным фасадом.

– У тебя дебют был, – понижаю голос, – я прав?

– А у тебя, видимо, нет.

– Значит, прав? В первый раз?

Держит лицо. Независимость и смелость играет. Заломив бровь, выдвигает подбородок вперед.

Красивая девочка. Очень. Все, что видел – все понравилось.

– Тебя не касается."

"Вцепившейся в стойку Данил, местный официант, требует срочно два дайкири.

Крис берет с полки бутылку рома, отмеряет норму и заливает его в шейкер, добавляет туда сок лайма, энергично трясет.

– Почему промолчала?

Она снова косится на Костика и Данила, но те внимания на нас не обращают. Я жадно впитываю ее эмоции – стыд, смущение, возбуждение. Понравилось ей тогда. Оргазм ее до сих пор ощущается на члене фантомными тугими спазмами.

– Это так важно? – интересуется с беспечным видом.

– О таком обычно предупреждают.

– Почему же не спросил сам?

Потому что Тёмочке твоему любимому поверил. Взгляды твои призывные видел.

Бл*дь… потому что самому пробки выбило.

На вопрос не отвечаю, а она вроде и не ждет ответа.

Ставит на стол два бокала, насыпает на дно по маленькой ложечке коричневого сахара и выливает содержимое шейкера в один из них.

– Значит, нормально все у вас? Я не стал причиной конфликта?

– Не-а… все отлично.

Бродившее все это время в крови глухое раздражение собирается в области солнечного сплетения и концентрированным ударом бьет в виски.

Сучка.

– Так может, повторим? – атакую жестко.

Принимает.