10
0— Такое без подготовки услышать. Что ещё сказать? Я рада за тебя, Стелл. И за Золотого мальчика рада. Такую звезду себе отхватил. Сам, наверное, одурел от счастья.
Ощущение фальшивости происходящего не даёт мне воспринимать её слова серьёзно. Я знаю Веру. Получить от неё настолько скомканную реакцию — признак того, что она кривит душой.
— А что ты на самом деле думаешь?
Снова повисает пауза. Наносная весёлость пропадает из её взгляда, Вера вздыхает."
"— Я надеюсь, что ты решила уйти от Родинского не из-за мальчишки. Ну не верю я в долгосрочность таких отношений, хоть тресни. — Её лицо сочувственно кривится. — Стелл, ты не думай: выглядишь ты прекрасно, да и Матвей парень умный. Мозгами уж точно старше своих сверстников-распиздяев. Но это всё сейчас. А потом что? Ты к определённому уровню жизни привыкла и к тому же детей родить хочешь в ближайшее время. Я верю, что у вас и секс фееричный, — Ирка на кухне как-то слюной брызгала — и весело вам, и хорошо. Просто дальше-то что? Потом, когда ты семью захочешь.
Меня будто прибили гвоздями к стулу. Я даже пошевелиться не могу от той тяжести, которая обрушилась на меня с этой тирадой. Даже Вера. Моя свободолюбивая демократичная Вера не верит в то, что нас с Матвеем надолго хватит. Становится горько до сухого жжения в груди. И хочется уйти, да. Делиться переживаниями и обсуждать развод желание исчезло.
— Вер, я счёт попрошу, ладно? — говорю я, из вежливости дёрнув губы вверх. Знаю, что сама притащила её сюда, но заставлять себя не хочу. Это ведь моя жизнь, а не просто болтовня. — Мне пора ехать.
— Стелл. — В глазах Веры мелькает вина напополам с раскаянием. — Я расстроила тебя, да? Прости. Нужно было своё мнение при себе держать. Это же мои тараканы. Я в такие моменты сразу начинаю думать про целлюлит и морщины. Не слушай меня, ладно? Делай так, как считаешь нужным.
— Всё нормально, — натянуто улыбаюсь я, не в силах делать вид, что её слова не ударили по мне. Они бы и не ударили, не озвучь Вера мои собственные страхи и мнение большинства о том, что отношения, где женщина намного старше и обеспеченнее, обречены на провал.
Я оплачиваю счёт целиком, несмотря на возмущения Веры, и вызываю такси. Если до этого я сомневалась, ехать к Матвею или нет, то сейчас увидеть его стало жизненной необходимостью. Другой поддержки у меня нет. Единственный человек, который, по моему мнению, мог быть на нашей стороне, только что выступил против.
Звонок мужа застаёт меня, когда я выхожу из такси рядом с домом Матвея. Левую половину груди простреливает тревогой. Роман должен прилететь только завтра.
— Слушаю, Ром, — говорю я, непроизвольно отворачиваясь от гранитного фасада.
— Ты где? — голос мужа звучит резко и с угрозой.
— Я… была в баре с Верой.
