Ткань наших душ

Лэнстон опускает плечи, заметно, что поражение и страх подавляют его дух.

— Мы с Лиамом тоже будем там. Мы все равно собираемся потусоваться вместе, — говорю я ему.

Его карие глаза встречаются с моими.

— Обещаешь мне танец?

Я улыбаюсь и протягиваю мизинец.

— Обещаю.

Лиам мрачно ворчит:

— Один танец. Остальные — мои.

Этого достаточно, чтобы настроение Лэнстона улучшилось. На его устах снова появляется красивая улыбка, и он возвращается в поместье, чтобы встретиться с Елиной.

Лиам берет меня за руку и тащит в гараж. Он набирает код от двери, и мое сердце подскакивает, когда он оглядывается на меня.

Его голубые глаза сегодня яркие и невесомые.

— Ты любишь быстро ездить и на машинах, или только на мотоциклах? — Он крутит ключи от машины на указательном пальце и с интересом поднимает бровь. Он дразнит меня.

Я пожимаю плечами.

— Позволь мне сесть за руль, и ты узнаешь.

— Да, точно.

Огни «Камаро» мигают, когда он отпирает ее и открывает для меня пассажирскую дверь.

— Ты боишься, Уотерс?

Я касаюсь рукой его щеки, когда прохожу мимо него и сажусь на свое место.

Он хихикает и опускает голову.

— Нет.

Но ты будешь бояться, Солнышко.

Господи, черт возьми.

Мне страшно.

Лиам произносит это с маниакальной улыбкой на лице, какой я еще не видела. Он включает музыку, и начинает играть «Thunderclouds» группы LSD. Он смотрит на меня, в его глазах светится энергия, и я радостно вскрикиваю, когда он, как настоящий гонщик, выезжает на шоссе. Двигатель ревет, колеса скрипят по асфальту.

— Лиам!

Он смеется и кричит громче музыки:

— Я думал, ты любишь ездить быстро?

— Только не тогда, когда ты ведешь машину, как конченный психопат!

Я отчаянно хватаюсь за ручку над дверью.

Улыбка Лиама становится шире, и он наконец замедляется до соответствующей скорости. Я глубоко вдыхаю, но сердце все еще колотится в груди.

Эйфория страха все еще пульсирует в моих венах. Это прекрасное чувство, когда ловишь кайф."

"— Ладно, извини, что напугал тебя. — Он кладет руку мне на бедро, а другой расслабленно держит руль. — Было довольно весело, правда?

Его голубые глаза пристально смотрят на дорогу, и я не могу не изучать его в этот момент. Он идеален, от него замирает сердце. Закатное солнце очерчивает его резкие черты лица, а татуировки на шее и запястьях выделяются на фоне серого свитера, который он надел сегодня вечером.

Его черные кольца сверкают, напоминая мне мои собственные. Я провожу большим пальцем по матовому кольцу на указательном пальце. Кроме Лэнстона, Лиам — единственный человек, который заставляет меня чувствовать себя живой.

— Да, было весело.

Я наклоняюсь и целую его в щеку.

Бейкерсвилль настолько оживлен, что нам приходится парковаться в нескольких кварталах от места встречи с Джерико и другими.