Личный интерес

Я до сих пор в некотором шоке от того, как живут мои коллеги. И как — я.

— Что ты должна взамен?"

"— Гаянэ Юрьевна просит, чтобы я осталась еще на год, но это необязательно.

Савелий вздыхает:

— Рыбка, я не могу ответить на этот вопрос за тебя. Если хочешь мое мнение, то я всегда играю теми картами, которые мне выдали, вот и все. Глупо игнорировать козыри, если они на руках.

— Ты знал, что Савенко берет, да?

— Подобраться к ней оказалось крайне сложно. Да и твоя честность ставила в тупик.

Смеюсь.

— Я спросила про тебя. В этом деле обе стороны хороши, несчастных нет. Она сказала, что ты лицо новое.

Договариваться с тобой слишком опасно.

— Всем своим видом я транслирую, что мое второе имя — «Договориться».

— Да, но она напугана. Полагает, что тебе нужно хотя бы лет пять поработать, примелькаться. Першикову она знает сто лет.

— Ясно. А если за меня поручишься ты?

— Я?

— Да. «ОливСтрой» с радостью удвоят сумму, которую ты назвала. Это не проблема.

— Эти офшоры на Британских Виргинских островах... — закатываю глаза.

Савелий чуть кланяется.

Я давно поняла, куда уплыли денежки, которыми не поделились с представителями «ГрандРазвития».

Из-за чьей жадности это дело вообще и началось.

— Какие же все сволочи, — тяну я.

— Увы, рыбка. И чем больше денег на кону, тем выше уровень хитрожопости. В этой игре каждый получает ровно столько, скольким готов пожертвовать. Совесть тоже считается.

Только сейчас замечаю, как сильно учащен мой пульс, и дело не во второй чашке кофе. Голова гудит, и я тру виски. На мой ремонт Савелий заработал не на заводе, и строить из себя возмущенную невинность было бы форменным лицемерием.

Просто это все так тяжело ложится на мое мироощущение.

Ломает. Наверное, всех нас в какой-то степени жизнь ломает, и что получится в итоге после череды выборов — лишь Богу известно.

Мои пальцы немного дрожат, когда я сжимаю стакан с соком.

— Чего ты боишься? — спрашивает Савелий.

— Что нас сдадут. Что.... — усмехаюсь, — в мой кабинет ворвутся силовики. Всем лежать, лицом в пол! Или мордой? Они скажут «мордой в пол», да? Какой ужас.

— Они так не скажут, — говорит он с улыбкой. — Скорее: «Никому не прикасаться к технике, руки на стол».

— Звучит терпимо.... — мямлю я, и Савелий смеется.

— Передай Савенко мое предложение.

Вешневецкий точно не попрется в СКР (Следственный комитет Российской Федерации. — Прим. автора). Мы в курсе, что она берет в фитнес-центре, от и до знаем схему. Мы даже пытались, но она побоялась, видимо.

Сердце уже где-то в горле.

— Пусть просто скажет да.

— А если откажется? Наши отношения пострадают, как думаешь?

— Не пострадают. Вешневецкий мне не родственник, его финансовые проблемы волнуют меня исключительно в рабочие часы. Иди ко мне. Саш, всё будет хорошо, что бы ты ни решила.