13
0
А его наглая рука уже вовсю ощупывает мою грудь, благо там в лифчике поролона столько, что ему никак не узнать, как болезненно сейчас встали и торчат мои камушки, что вот-вот и прорвут поролон к чертям!
Это вообще, что сейчас происходи? А не охренел ли он?!
Видимо, у Шторма тоже заканчивается воздух, потому что он на секунду отпускает мой рот, и это его роковая ошибка.
Я вдыхаю живительный кислород и в мозгу у меня постепенно проясняется. Глаза уже привыкли к темноте, и я вижу достаточно хорошо. При том, в дверях коморки дыры, и свет из коридора проникает в помещение.
Вырываю руку, и как залеплю ему по морде бандитской, скотской, самодовольной.
- Ох, Иришка! – беззлобно прислоняет ладонь к красному наливающемуся пятну чуть выше густой бороды. – Хорошо!!! С тобой всегда так – кайф через боль. А может ты БДСМом увлекаешься?
- Вы что делаете?! С ума сошли?! Это же школа!!!
- То есть, - поправляет свои брюки бандит, - была бы это не школа, претензий не было?
Ну вот как на него злиться, я совершенно не понимаю? Меня ведет от него, а эта добрая обезоруживающая улыбка просто убивает на повал мое глупое женское сердечко.
- Если бы это была не школа! Я бы вообще вас щас убила!!! – шиплю я как кобра.
- А где благодарность? – заламливает густую бровь. – Я же разобрался с проблемами твоих детей.
«Твоих детей», «твоих», Карл!!!!
Это было сейчас больно.
Аж все внутри сжимается от обиды.
Вот так можно запросто ранить и испортить все то хорошее, что сделал до этого.
Да, он не знает, что сейчас по сути решил проблемы своих малышей, но черт, как же это больно!
- Я бросил все, Иришка, все свои дела, поехал в школу, чтобы у мальцов проблем не было, а ты малюсенький поцелуйчик зажала, ну!
- Поцеловали?!
- Поцеловал. – в голосе мед. Янтарного цвета, как его темные глаза на солнце.
Не ведется на мои оскорбления. Спокойный, как скала. И меня еще своей аурой надежности успокаивает.
- Еще хотел бы! – снова приближается.
- Ну уж нет!!! – выставляю вперед ладошки. – Только попробуйте!!!
- Ладно, Иришка, зачем мне тебя силой брать? – баритонит сладко. Улыбается. -Сама ко мне придешь. Сама напросишься на сладкое!
- Ни за что на свете!!! – выпаливаю я, стараясь отодрать черенок швабры из засова.
- Время, Иришка. Дай мне немного времени. – накрывает мои ладони своими, горячими, и очень легко вынимает швабру. Аккуратно возвращает ее на место.
Выходим в шумный коридор. Никто не обращает на нас никакого внимания. Беспалевно идем вниз. Щеки горят, губы, накусанные им и исколотые бородой тоже горят. Кровь кипит в венах от негодования и от… чего-то такого, забытого давным давно.
Чувствую себя на десять лет моложе. Той самой молоденькой синеволосой Иринкой, которую Шторм так же зажимал по углам, и целовал до исступления.
