13
0– Но, коли тебя сюда положили, да катетер поставили – все хорошо с твоим ребеночком!
- Вы думаете? Мне дома плохо стало, кровь пошла, а потом я ничего не помню.
- Все хорошо, девонька, вон слышишь, рычит медведь в коридоре!
Обе замолкаем. Прислушиваемся к отборному мату и медвежьему рычанию.
- …! …! …! Мать твою!!! Вашу маму…!!!
- Твой мужик? – усмехается техничка.
- Ага. – улыбаюсь я.
- То-то видно, при деньгах, тебя сразу в вип-палату уложил, я даже приготовить не успела, пришлось вон при тебе шваброй махать!
- Да лишь бы с ребеночком все хорошо было, а там и не важно, где лежать…
- Твоя правда, девонька! Да он еще лучших врачей с платной клиники пригнал, во какой заботливый!
Да уж… отнять моих детей хочет! Это – пипец, какая забота!
- А как узнать, что с моим ребеночком? – снова не поддаюсь я панике, - Вы, может, какого доктора позовете?
- Сейчас, девонька, позову!
Санитарка выходит из палаты, но сюда тут же проникает Шторм.
- Господи, Иришка! – роняет он телефон в карман. – Ну как ты?
Оглядываю его. Он весь взъерошенный, взбудораженный, даже короткий густой волос торчит ежиком. В глазах тревога.
Подлетает ко мне, тут же накрывает своей лапищей мою ладошку.
- Как ты? Пришла в себя? Не молчи!
- Ох, Шторм… - бормочу я. – Ну и что ты натворил?
- Прости, сорвался, как судак себя повел. Простишь? – в глаза заглядывает.
- Дурак! – сипло отвечаю я.
- Ага, дурак. – кивает, не спорит.
- Фиг ты у меня детей отберешь, слышишь!
- Я чего, идиот, у детей мамку отбирать? Я тебя с ними заберу!
С подозрением гляжу на него. Чего это он такой покладистый?
- Пришли в себя? – врывается в палату на полном ходу врач. «Зоя Павловна» – написано на ее бейджике.
- Кажется, пришла, - соглашаюсь. – Что там с ребеночком?
- Все хорошо с вашим кхм… ребеночком.
Переглядываемся вместе со Штормом. Кажется, у него тоже отлегло. Даже морщинка меж бровей немного сгладилась. И к лицу кровь прилила.
- У вас была небольшая отслойка одной из плацент.
Я знаю, что это не есть хорошо, может воспаление какое было скрытное, или нервы. А вот Шторм не поймет, о чем речь. Снова напрягается.
- Мы поставили вам сохраняющие капельницы, но еще нужно провести сохраняющую терапию. Так что полежите у нас какое-то время.
- Но у меня дети маленькие… трое… - говорю я с досадой.
- Не у тебя, а у нас! – тут же на это заявляет Шторм.
«У нас»… слава Богу, что он не сказал, «у меня», имея ввиду, что детей он отберет, как и обещал до прихода врача. Буду надеяться, что у него в буйной голоыушке не перемкнет и он не передумает.
- Вот именно. – подхватывает врач. – У детей есть папа. Он вполне способен с ними справиться какое-то время! Способен ведь? – обращается к Шторму.
- Конечно! Как нефиг делать! – хмыкает Марат. – Детям уже скоро одиннадцать. Тройняшки у нас! – гордо сообщает он врачихе.
