4
0Мать отправил вслед за ним. Негоже влюблённым расставаться.
Выслушав закономерный финал истории, я сделал последнюю тягу и отбросил бычок в сторону. Стало ясно, откуда в Руисе проросла непреклонная жестокость: гены.
– Зачем ты мне это рассказываешь?
Перед смертью люди способны творить странные поступки. Но Виктор умирать не собирался, и это заставляло меня прикидывать другие, очень неутешительные варианты.
– Затем, чтобы, когда пришло время, ты не дал своему «Луи» сдохнуть.
Я напряжённо уставился на него исподлобья. Речь о Кайлебе? Я ни хрена не понимал.
– Кай не приспособлен к моему миру, – подкрепил мои опасения Руис. – Меня может не стать в любой момент. Налетят стервятники, начнётся борьба за власть, его сожрут. Он жил без моего плеча слишком долго. Мередит сделала его слабым, безвольным.
– У Кая есть характер. Он ещё молод.
– Он – избалованный пацан, махающий карточкой отца перед носом блядей в коротких юбках.
– Что ты хочешь от меня? – устав от его сказок, я задал вопрос напрямую.
– Хочу в дальнейшем отдать тебе своё место. Власть останется в семье, ты и Кай будете в безопасности.
Я еле сдержался, чтобы не расхохотаться. Я тут планировал засадить его за решётку, а он предлагал мне своё место.
– Виктор, я – не твоя семья.
Руис оторвался взглядом от луны, повернулся ко мне всем корпусом. В бледно-серых глазах блеснуло что-то снисходительно-насмешливое.
– Ты никогда не задумывался, откуда столько внимания к оборванному мальчишке?
Вопрос, на который я сотни раз получал ответ, но который с завидным постоянством продолжал всплывать в моей голове, снова был озвучен вслух. Но уже не мной.
– Ты увидел во мне потенциал, возможность, – отрывисто ответил я его же словами.
Виктор криво улыбнулся.
– Холодает. Продолжим внутри."
"Мне ничего не оставалось, как пройти за ним к одноэтажному складскому комплексу. У припаркованных машин всё ещё стояли ребята из охраны Руиса, но Мейсона среди них не было, и это раскрошило ещё одно зерно моего спокойствия.
В металлический куполообразный ангар я заходил с самыми мрачными мыслями. В помещении с тёмно-коричневыми стенами, разрисованными потёками слезшей краски, пахло солёной ржавчиной, моторным маслом и резиной.
Восемь парней, включая Карлоса, были рассредоточены по периметру; ещё двое перебирали коробки, составленные на паллетах у дальней стены. И лишь безоружный Лотнер, молча стоящий в центре склада, сильно выделялся на фоне остальных.
Данная расстановка мне совсем не понравилась, но, стараясь вести себя естественно, я остановился напротив друга и непринуждённо засунул руки в карманы джинсов, ожидая хода Виктора.
