4
0
– Любишь сравнивать меня с бывшим? – Совсем не игривый шлепок по правой ягодице выбил из меня короткий стон боли. Кожа запылала кострами. – Так давай проведём анализ вместе, – в голосе чемпиона было столько неутолённой ярости, что надежда на возможность выйти из ситуации невредимой таяла прямо на глазах. Превращалась в недостижимую мечту.
– Максвелл, пожалуйста…
Уайт дёрнул меня к себе за бёдра, и резинка штанов врезалась в кожу. На копчик приземлилось что-то мокрое и вязкой струйкой потекло по ложбинке…
Меня повело, когда он упёрся горячим членом в клитор и принялся неторопливо двигать им вверх-вниз, размазывая собственную слюну. К страху и злости примешалось больное возбуждение. Его не должно было быть. Только не так.
– Максвелл, – жалобно протянула я, уже и не надеясь на помилование. – Мы можем…
Он перестал давить на мой затылок и, упёршись рукой в пол рядом с моим лицом, склонился ниже.
– Достанешь блокнот или запомнишь так? – И, не дожидаясь ответа, грубо ворвался внутрь.
Я захлебнулась воздухом. Открыла рот в беззвучном крике. Меня будто вынесло из реальности. Жжение и боль потонули в сокрушительном ворохе иррационального удовольствия.
Ни секунды на привыкание. Сразу – на полную глубину, обжигая резью низ живота. Его язык жадно прошёлся по ушной раковине и, вместе с очередным толчком пробравшись внутрь, выбил из моей груди хриплый полустон.
– Он трахал тебя нежнее?
У меня сердце остановилось. Просто замерло в груди и не торопилось заводиться. На лбу выступил пот.
– Зат… заткнись…
Мужские пальцы заползли в волосы, жёстко стянули корни, и влажный шлепок наших тел, как удар электрошокера, вновь запустил сердечный ритм. Пульс загремел в ушах, вытесняя все другие звуки.
– Не. – Толчок. – Слышу. – Толчок. – Ответа. – Никакой ласки. Лишь звериные, грубые движения бёдер, сопровождающиеся мокрым постыдным хлюпаньем.
Мышцы сумасшедше пульсировали вокруг вторгающегося члена, и меня кидало от боли к кайфу и обратно.
Он ломал. Вытрахивал ненужную гордость, потрошил характер. Сдавливал до синяков и… владел. Он мной владел.
И мне нужно было… ещё немного… чтобы…
«Нет-нет-нет! – чуть не завопила я, когда всё резко прекратилось. – Ещё совсем чуть-чуть!»
Запутавшиеся в моих волосах пальцы чемпиона медленно разжались, и я, всхлипнув, уткнулась лбом в пол, содрогаясь от плывущих перед глазами незавершённых грязных желаний.
Уайт великодушно подарил мне передышку, совершенно не планируя покидать моё безвольное тело, и, словно в насмешку, мягко провёл загрубевшей подушечкой пальца по моему шраму на щеке.
– Я спросил: он трахал тебя нежнее? – Раскалённое дыхание опалило затылок уже въевшимся под кожу ароматом. Казалось, я вся пахну им. Даже внутри.
