8
0– Если подходит тебе такая работа, будешь накормлен, одет и обут. Денег пока не дам, чтобы не пропил или в карты не спустил.
- Ты… ты… - Тимофей Яковлевич не мог подобрать слова, чтобы выразить свое негодование. – Гадюка подколодная! Аспид в юбке! Приперлась сюда и давай свои порядки наводить! Ишь ты! Учить она меня вздумала, глиста рыжая!
- Я так понимаю, разговора не получится, - вздохнула я, направляясь к двери. – Ладно, пойду я. Распоряжусь, чтобы Евдокия карпа в сметане приготовила.
- Чтоб тебе мыши пятки погрызли, окаянная! – с надрывом воскликнул дядюшка. – Чтоб у тебя чирей на мягком месте вскочил!
Я вышла в коридор, закрыла дверь на замок и засмеялась. Куда денется, согласится!"
"Евдокия сидела за столом, положив голову на руки. Но когда я вошла, женщина резко выпрямилась.
- Елена Федоровна, не могу я так сидеть! Привыкла готовить Тимофею Яковлевичу, а сейчас совсем тошно!
- Так, может, мне Акулинку от печи освободить? Пусть чем-нибудь другим занимается, - предложила я. – А ты готовь, раз так хочется. Вот завтра, например, можно и щей, и карпа в сметане…
- Так я на рынок побегу, да, Елена Федоровна? – повариха вскочила на ноги. – Карпа куплю!
- Сходи. Может, и Тимофею Яковлевичу кусочек перепадет, - пообещала я. – Если за ум возьмется.
У Евдокии засияли глаза, на губах заиграла улыбка, будто дядюшка был ей близким родственником. Неужели нравится ей Яковлевич? Очень похоже…
Женщина умчалась, а я еще несколько минут смотрела на двери, в которые она вышла. А что? Женитьба могла сделать Тимофея Яковлевича добрее. Он успокоится рядом с женщиной, перестанет смотреть на весь мир волком. Да и Евдокия смогла бы пресечь его пьянство… Нужно обязательно подумать над этим на досуге.
К вечеру разбушевалась гроза, поливая Москву холодными упругими струями. В такую погоду клиентов можно было уже не ждать, поэтому я отправила Прошку на чердак.
Мы притащили лестницу, и мальчишка ловко взобрался по ней. Открыв дверцу, он нырнул в полумрак, а потом я увидела его лохматую голову в чердачном проеме.
- Свечка нужна! Ни зги не видно!
Я подала ему свечку, после чего услышала, как он топает по скрипучим деревянным полам.
- Ну что там? – нетерпеливо поинтересовалась я. – Прошка!
- Да хлама полно туточки! – в проеме снова показалась его голова. – Может, сами посмотрите?
А почему бы и нет? Взяв еще одну свечу, я взобралась по лестнице и сразу почувствовала запах плесени, затхлости и всего того, чем пахнут захламленные чердаки.
К моему удивлению, чердак оказался просто огромным. Он располагался над парикмахерской, и я догадалась, что ее когда-то пристроили к дому. Поэтому крыша той части, где проживал дядюшка, была выше.
Выпрямившись в полный рост, я осмотрелась.
