8
0
– Что ты, второразрядный букмекер, знаешь о деньгах?
Виазелли двинул вперед пешку.
– Я знаю, что идет война. Знаю, что с этого можно много чего поиметь. И знаю, что ты имеешь мало.
– Мне хватает.
– Две тысячи за убийство по контракту? И этого достаточно для башковитого еврейского мальчика?
– Это больше, чем зарабатывают некоторые тупые макаронники.
Виазелли пошел слоном по диагонали.
– Сегодня – да. А завтра?"
"– Все равно Альфонсо не даст тебе заработать больше. Родная кровь или нет, но он тебе не доверяет, как я слышал.
– А если Альфонсо умрет?
– Его место займет Джакомо.
– Если Джакомо умрет?
– Луи.
– А если умрет Луи?
Фелтон пожал плечами:
– Чтобы их всех убить, на них нужно наслать чуму.
– Если умрет и Луи?
Виазелли напал конем на слона, которого только что выдвинул вперед.
Фелтон опять пожал плечами.
– Ты для чего меня позвал, чтобы поболтать?
– А если умрет и Луи? – повторил Виазелли.
– Придет кто-нибудь еще.
– Кто?
– У кого хватит ума.
– Флагерти. Займет ли Флагерти их место?
– Нет, он не потянет.
– А я?
– Ты в принципе потянешь. Но это вовсе не означает, что раз твоя фамилия заканчивается на ""и"", то тебе дадут прибрать к рукам все дело.
Виазелли пошел другим конем.
– Получается хороший дебют. Какой же ты еврей, если все время пашешь на дядю, а не на себя?
– Хочешь, чтобы я стал работать на тебя?
Виазелли пошел ферзем. Еще один ход, и мат. Потом, словно читая стихи:
– Так. Убьешь Альфонсо. Убьешь Джакомо. Убьешь Луи. Потом…
– Что потом?
– Сможет ли кто-то потом убрать тебя?
– Да, ты.
– Но как? Кроме тебя ни одного «стрелка» не останется, по крайней мере, имеющего в голове серое вещество. Весь синдикат будет полностью дезорганизован.
– Тогда почему бы мне не шлепнуть и тебя и взять все в свои руки?
– Не выйдет. Ты же не дурак и понимаешь, что за тобой будут охотиться и те, и другие, и тебя прикончит первый встречный мафиози. Особенно если учесть, что они никому, кроме итальянцев, не верят. Ты же для них чужак, и поэтому будешь представлять смертельную опасность.
– А ты?
– Я для них все-таки свой, рано или поздно им придется смириться. К тому же если дела пойдут на лад…
Виазелли взглянул Фелтону прямо в глаза.
– Подумай, что тебя ждет в будущем? В конце концов макаронники станут сводить счеты, а шлепнут тебя. За что? За пару штук. Разве это достойный конец для еврея?
– Какая разница? Смерть есть смерть.
– Но ты можешь жить, причем жить долго, и будешь как сыр в масле кататься.
– А ты меня не продашь?
– Ты будешь моим ферзем, самой сильной фигурой. Кто же продает своего ферзя?
– Ну, а твои «гориллы»?
– У меня их нет и не будет.
– А как же те, которые достанутся тебе в наследство?
– Отошлю их подальше, в Чикаго, Сан-Франциско, Новый Орлеан… Ты будешь моим генералом.
