8
0Деньги были на месте, кусочек клейкой ленты на бумажнике не поврежден.
– Я слышал, ты тут разные фокусы показывал? – спросил молодой человек. – Карате?
Римо недоуменно пожал плечами.
– Кара… что?
Молодой человек улыбнулся:
– Мне сказали, что ты все утро демонстрировал здесь, в баре, приемы карате.
Римо взглянул в окно. Стемнело. Напротив, через улицу, светилась надпись над газетным киоском. Да, так раскрыться… Он этот бар надолго запомнит.
– Ни о чем таком в жизни не слыхал.
Кивнув молодому человеку и бармену, на лице которого появилось выражение безмерного облегчения, Римо направился к выходу.
– Всего доброго.
Бармен что-то пробурчал, Римо расслышал только что-то вроде «озверел», на что молодой человек ответил:
– Озверел, говорите? А вы знаете, что сотворил сегодня утром один из больных в госпитале, тут неподалеку? Парень был однорукий, вместо другой руки – протез, весь переломанный, в гипсе, но умудрился крюком разорвать себе горло. Вот что значит, если человек твердо задумал лишить себя жизни…
Римо быстро вышел из бара.
Глава двадцать первая"
"Местная газета сообщала подробности: ""Мужчина покончил с собой со второй попытки: прыжок с балкона не сработал, крюк протеза довершил начатое. Как нам сообщили в полиции, пациент психиатрического лечебного учреждения в Нью-Йорке, откуда он был выписан как практически здоровый, выбросился вчера с балкона двенадцатого этажа здания на Ист-авеню.
Незадачливый самоубийца находился в госпитале под постоянным наблюдением, к нему не допускались посетители. Врачи поражены, они не могут объяснить, как он, находясь в тяжелейшем состоянии, смог крюком, заменявшим ему ампутированную кисть руки, разорвать себе горло.
– Поразительно, – сказал представитель госпиталя. – Он был практически полностью загипсован. Какое же усилие понадобилось несчастному, чтобы выполнить задуманное! Воистину: если человек твердо решился на что-то, ничто его не остановит.
Детективы Грувер и Рид, занимавшиеся расследованием этого происшествия, подтвердили:
– Это чистое самоубийство.
Еще одна жертва попытки самоубийства находится сейчас в медицинском Центре в Нью-Джерси. Милдред Ронкази, тридцати четырех лет, проживающая на Мэньюэл-стрит, в…""
Бросив газету в урну, Римо остановил такси. Сумасшедший. Этот идиот Макклири! Дурак. Проклятый безумец.
– Почему мы стоим? – спросил Римо водителя. Тот обернулся и ответил:
– Красный свет.
– А, – произнес Римо и весь остаток пути до церкви Святого Павла молчал. Там он вышел из машины и пересел в другой таксомотор, на котором добрался до Нью-Йорка.
Хотя этой ночью Римо не спал, он не стал отдыхать, а просто шатался по улицам, покуда нога не принесли его к телефонной будке на углу 232-ой улицы и Бродвея.
