3
0
Очень.
Вот только не в последнее время, ага.
И вот теперь моего мужчину, что называется, разрывает на клочки нереализованными желаниями.
Он словно подросток, который впервые получил право открыто говорить о своих желаниях, и его несет.
Иван погладил стол и похлопал по нему ладонью.
— Снимай трусы, Натаха. Долой парашюты. Трахаться будем. Аппетит раззадорим.
Глава 2
Наталья
Ишь ты, секси-героя включил…
Трахаться ему хочется.
И сразу снимай трусы!
А где ласки? Где приятные слова? Хотя бы обнял и за грудь помял, за попу потрогал…
Но нет же.…
Зато сам уже лихо развязал узел на домашних брюках и приспустил трусы, явив мне привставший член.
Честно говоря, у меня чуть-чуть слюной рот наполнился. Секса хотелось…
Но не так!
Я вдруг заупрямилась.
Сколько лет я ему во всем угождала, старалась соответствовать портрету той жены, которую он хотел видеть возле себя.
Я стала полной противоположностью его первой жене — стервозной, алчной, зацикленной лишь на себе женщине-вамп.
Иван сам говорил, как ему хочется домашнюю, милую, теплую жену.
И вот теперь… он от меня устал?!
Вот фиг тебе, а не моя вагина. Я лучше с вибратором поколдую хорошенько.
— У меня эти дни, — отвечаю я, сложив руки под грудью.
— Месняки пошли? Не беда… Зато все смазано! — ухмыляется муж, щедро заграбастав пальцами член и начав его подрачивать у меня на глазах. — Давай, Натах. Живее. Стоит на тебя… Метнись в ванную, подмойся немного и неси сюда свою пизденку.
Нет, это уже ни в какие ворота!
Пизденка. Подмойся…
Надоело!
Я женщина… Я хочу тоже ласк и внимания, а не вот этого слепого обожания и подчинения мужу во всем.
И пусть моя, как он выразился… пизденка… тем не менее отозвалась на пошлости…
Я была уверена, это просто от длительного воздержания и недостаточно жаркого секса.
Откровенно говоря, в последнее время пресный, сдержанный секс перестал меня удовлетворять. Я чаще стала получать удовольствие в душе и над биде, чем с мужем.
Хотелось.…
Мммм…
Уйти с головой в жаркую страсть на грани, но…
У него же, блин, давление.
Он каждое утро проверяется, и сегодня опять пошли по верхней границе нормы.
Не дай бог, муж ещё помрет, когда он будет на мне…
Скажут, жена затрахала Ивана.
Позор.
— Если ты помнишь, у меня всегда очень болезненные месячные.
— Тогда пососи. Пососать-то ты можешь?!
Я молча посмотрела на него.
А ты? Давно ли ты мне делал куни?
Уже и забыл, наверное, вкус…
Нет.
В меня будто бес вселился.
Пока не будет нормального отношения ко мне, как к живой женщине, со своими потребностями, никакого ему… ни секса, ни минета.
— Или, что, дай угадаю, зуб болит? Коронка ноет? Новая, да?
— Ага. Не притерлась, зараза.
— Да еб твою мать! — громыхнул кулаком по столу Иван.
