3
0Ладно, пусть потешится, решил пропустить оскорбление мимо ушей «сиятельный» дон и, немного подумав, ехидно произнес:
– Хорошо. Я тебе дал слово. Подтверждаю, я обещал освободить жену и сына, и вот они свободны. Правда, твоя жена сделала это сама, она сбежала, попутно погубив моего любимого кузена.
– Каким образом я могу убедиться в том, что ее жизни и жизни сына ничто не угрожает?
– Это твои личные проблемы. Я могу лишь обещать, что их никто не будет преследовать.
– Умное решение, это делает тебе честь.
– Хватит паясничать, Игнатов. Ты мне надоел. Лучше перейдем к делу и поговорим о четырехстах миллионах.
– Так я об этом и говорю, сукин ты сын! Ты слово свое не держишь, а я тебе, значит, должен денежки отстегивать. Ни цента ты не получишь! Понял? Лучше поцелуй мою задницу.
– Говнюк! – заорал дон Монтиссори. – Да я прикажу тебя за яйца подвесить, пидер ты эдакий! Буду тебя медленно резать на куски, всю вашу гребаную базу в пух и прах разнесу, камня на камне не оставлю. Русские педики будут мыться в банях исключительно в собственной крови. Я заставлю тебя не только подписать чек на четыреста миллионов долларов, но еще и отсосать у всей моей охраны, пока не захлебнешься.
– Вот теперь, Монтиссори, ты мне нравишься! Именно таким идиотом я тебя и представлял. Верди, Пуччини… Классика! Вот это вокал! Жаль, зрителей маловато, амфитеатр не заполнен.
– Так ты, пидер, подпишешь чек или нет?"
"– Ты за кого меня принимаешь? Нет, Монтиссори. Конечно, не подпишу. Никогда.
– Значит, не подпишешь?! Тогда не обессудь за примитивную прозу, – усмехнулся Монтиссори и достал из кармана пульт дистанционного управления. – Сейчас ты услышишь другую музыку, – сказал он и, не раздумывая, нажал на кнопку…
С минуту оба с замиранием сердца прислушивались.
Монтиссори со злостью терзал кнопку. И безрезультатно… Дева Мария! Неужели эти кретины неправильно подключили взрыватель? – думал он.
А Варяг облегченно вздохнул и, глядя в упор на итальянца, тихо сказал:
– Выкуси, говнюк! Никогда еще Сивый меня не подводил.
Варяг был счастлив.
– Стреляй, сука, стреляй! – бросил он равнодушно, когда итальянский мафиози нацелил свой «магнум» ему прямо в грудь.
Сержант на огромной скорости подрулил к повороту на Скалистый пляж ровно в шесть двадцать пять. Он миновал парковку и по узкой дорожке, выключив двигатель, стал скатываться к заливу. Не доезжая до площадки на скалистом выступе метров сто, он остановил машину:
– Мадам, вам придется остаться здесь. Там могут стрелять. А когда мужчины стреляют, музы молчат. Вас случайно не Музой зовут?
– Нет. Светланой.
– Так вот, Светлана, сидите в машине.
