11
0
Наклоняюсь к ней, чтоб услышать, что она такое шепчет без конца, но Алинка ловит мои губы своими и раскрывает покорно рот, приглашая… Черт с ним, потом выясню, что хотела сказать… Опять целую, спинку уже еле держу, потому что бросает дико, отрываюсь от сладких губ, хриплю что-то маловразумительное, типа: «Держись, Принцеска…». И чувствую, как она дрожит подо мной, мелко-мелко, глаза ее затуманиваются, губы жадно хватают воздух… И внутри сжимает сильно и ритмично. Кайф какой, бляха муха, какой охеренный кайф! Остановиться и выйти из нее - невозможно. Так сжимает, башню рвет же!
Оргазм приходит такой сильный, что приходится сильнее сцепить зубы, чтоб не застонать в голос. И опять закрыть рот Принцеске, потому что у нее моей выдержки нет. Отпускаю спинку кровати, обессиленно падаю на Алинку, дышу тяжело. И ощущаю, как мягкие губы прижимаются к моей шее.
Словно котенок ластится. Сладко и трепетно. Мы дышим друг другом, не можем оторваться. И не хочу я этого делать.
Хочу вот так, с ней вместе. Чтоб в капсулу времени. И чтоб никого рядом. Только мы. Только вдвоем. Это чистый, незамутненный кайф. Это блаженство.
Жаль, что наши желания нихрена не сбываются.
13. Алина
Лешка замирает на мне, дышит тяжело, а я все не могу остановиться, все никак вынырнуть не могу из нашего, одного на двоих, безвременья. Трогаю губами его шею, упиваюсь запахом, вкусом… Глажу по плечам. И никак слезы не могу остановить. И не думаю. Не хочу, не хочу, не хочу думать!!! Вообще ни о чем! Мне сейчас неважно, почему он так со мной, почему с утра смотрел, словно впервые видит, ходил с холодным лицом и мертвым взглядом… Неважно. Просто… Пусть больше этого не будет? Ну пожалуйста…
Но вот Лешка длинно выдыхает, отжимается от кровати и привстает… Мои руки скользят по плечам в отчаянной попытке удержать, хоть немного продлить… Но уже понятно, что наше время истекло. Совсем.
Я бессильно роняю кисти рук обратно на покрывало, жду, когда Лешка освободит меня от себя и подтягиваю ноги к себе, поворачиваясь на бок.
Не смотрю на него, глаза закрываю, сглатываю горечь, которую приносит послевкусие близости. Пусть уйдет. Просто уйдет.
Но сегодня явно кто-то наверху отвернулся от меня совсем. Потому что Лешка становится на колени перед кроватью рядом с моим лицом, осторожно трогает щеку, вытирает слезы…
- Ты как, Принцеска? – шепчет он, - больно? Прости меня…
- Уходи, - еле слышно отвечаю я, - уходи… И больше… Я буду кричать…
- Жалеешь, Принцеска? – в его голосе опять прорезается лед, - не жалей.
- Не жалею. Уходи. Я замуж выхожу.
- Не выходишь."
"Открываю глаза, смотрю на него удивленно. Что за глупости говорит? Ему-то откуда знать? Откуда он вообще здесь…
Этот вопрос меня мучил с самого утра, когда только приехала в ненавистный дом и увидела его. Лешку.
