Отогрей моё сердце

- Меня пожалейте, Архип Алексеевич! – взмолилась, выгибая шею.

- Чёрт, снова ты мне выкаешь! – резко отпустил и отстранился, наблюдая, как Есения приглаживает волосы. – Даже после секса твое отношение не поменялось. Упертый Горностай! – сурово заключил.

Есения, измученная думами, уже не радовалась его вниманию. Пробудить слухи о любовных отношениях с начальником для нее болезненная тема и, вступая в отношения, она понимала возможные последствия, но не была готова. Отвела взгляд, устремив его в монитор. В этот момент зазвонил стационарный телефон, притянув ее внимание. Архип осмотрел секретарскую. Заметив букет, задержал взгляд. Еще раз взглянув на Есению, занятую беседой, развернулся и прошел к себе в кабинет, на ходу скидывая полушубок.

- Звонил геодезист, - крикнула в открытый проход. – Когда ему назначить встречу?

- Чего ты кричишь, Есения? - Архип неспеша вышел из кабинета, расстегивая пуговички на манжетах и закатывая рукава до локтей.

Есения невольно вспомнила эти сильные руки, ловкие пальцы, что мяли груди, ягодицы и проникали внутрь. Зарделась. Чуть запнувшись, повторила вопрос.

- Я переговорю с Германом и мы решим.

- Хорошо, - ответила автоматом.

- От кого цветы? – держась за ручку двери, кивнул в сторону букета.

- Я не знаю…, - захлопала глазами от удивления. Она-то уверилась, что от него. – Курьер принес…, - еще больше недоумевая.

- Пахнут, - еще раз посмотрел на букет. – Тебе нравятся? – взглянул в упор.

- Красивые, - ответила осторожно.

Признаться или открыто спросить от него ли, она не смогла, все больше обрастая вариантами: от кого же букет?

- Принимаешь ухаживания от другого? – спросил ровно.

- Да не знаю я от кого они! – вскочила из-за стола. – Не было карточки.

- Но получить приятно было?"

"Есения начала злиться, не зная, чего добивается Архип своим допросом. И пока она раздумывала, что ответить, он вернулся к себе, вынуждая Есению броситься вслед.

- Думаешь, я ветренная, да? Строю глазки тут всем, - гневалась. – Отчего такое недоверие?

Архип резко остановился, грудь его напряглась и опала. Развернувшись, двинулся к Есении и она вынуждена была прижаться к стене, глядя снизу вверх на суровое лицо. Выбросив руку вперед, уперся ладонью над ее головой и тихо сказал в макушку:

- Это сардаана, цветок моего народа. Человек, даря ее другому отдает частицу своего сердца, - Есения слушала Архипа с замиранием. – Жаль, что не дикая с поля, но до лета долго ждать. Поэтому слушай меня внимательно: если не собираешься хранить мне верность, разбегаемся сразу, мне этого не надо.

""Если бы ты знал обо мне чуть больше, так бы не говорил, - подумала, но произнести не решилась. Подняла взгляд встретившись с его.

- Значит, цветы от тебя, - сказала утверждая.

- От меня.