7
0
— Размах делай потише, а сам удар – порезвее. Времени у нас не так много. Надо справиться со сборкой до первых дождей, а до них меньше недели. Соберем меньше — есть будет меньше.
— Понял.
– Свищ-свищ.
— Сейчас отдохни. Когда дует ветер – всегда время отдыха. Отдыха, Хаджар, ничуть не менее значим, чем труд. А порой даже — важнее. Загнать себя — каждый может. А вот трудиться долго и правильно – это искусство.
— Понял, -- в третий раз ответил Хаджар.
Он расслабил руки и подставил лицо свежему северо-западному ветру. Он действительно вскоре принесет с собой дожди. Холодные, предвещавшие окончательное прощание с летом и вступление осени в полные права.
Наточенная коса покоилась рядом с ногами Хаджара. И, точно так же, как и он наслаждался секундой покоя, рядом стояли десятки деревенских парней.
Они тоже была заняты на покосе, в то время как женщины связывали колосья ржи в огромные вязанки и, при помощи старших мужчин, укладывали их на телеги, чтобы отвезти на мельницу.
Как и полагалась, мельница, как и кузня, стояли на отшибе деревни Клануд. Искусство мельника и кузнеца, связанное с тем, что не дано было понять непосвященному жителю деревню, считалось в чем-то сакральном.
Примерно, как искусство знахарки. Но та отправилась к праотцам еще две зимы назад, так что её дом, так же бывший на отшибе, пустовал. Как и “позиция”.
Хаджар, прекрасно разбиравшийся в травах и растеньях, мог бы занять её место, но… не мужское это было дело. Нет, в деревне не царили те же нравы, что и в Городе Демонов, но какой-то налет патриархата здесь присутствовали.
Труд, пусть и не очень четко, но разграничивался. Так же, как и права и обязанности, но всего одной недели жизни в таком слегка странном для безымянного мира месте, было достаточно, чтобы понять, что люди здесь счастливы.
Так что позицию “знахарки”, как и её обветшалый, разваливающийся после двух бесхозных зим, все же удалось занять. Но благодаря Аркемейи и тому, что она тоже неплохо знала о простом врачевании.
О целительстве, разумеется, речь не шла.
– Продолжаем, – скомандовал Ругах. – спину ровно, лопатки чуть сведи. Плечо держи крепко, а запястье – свободно. Удар, еще удар.
***Только к позднему вечеру Хаджар смог вернуться обратно в избу. Пуст она и находилась в черте частокола, возведенного против редких бандитов и люто-зверей, но до ближайших соседей, нужно было идти минут пять и миновать что-то вроде самобытного пролеска.
Полосы деревьев, которые вырастила предыдущая знахарка. Не сколько чтобы закрыть себя от деревенских, сколько деревню от своих непонятных большинству дел.
Одноэтажный сруб, выглядящий настолько ненадежно, что даже сама мысль о жизни в таком имела небольшой оттенок самоубийственной.
