1
0
Газета была датирована сегодняшним днём, двадцать шестым августа.
Я смотрела на фото Макса, было впечатление, что они взяли старое фото, я такое видела в доме Белтонов, где он молодой кронпринц, без следов ожогов и без нахмуренных бровей.
Я вспомнила, как пыталась разгладить эту морщинку, а Макс смеялся, говорил: — «Это то, что ты не сможешь вылечить».
«Я и не смогла, а она смогла, на фото в газете нет морщины между его бровей»
Мне вдруг перестало хватать воздуха. Трамвай остановился, до клиники ещё оставалось пару остановок, но я решила, что время есть, я лучше пройдусь, мне срочно надо на воздух.
Выпрыгнула из трамвая и подбежала к ограде набережной озера, стараясь как можно глубже вдохнуть.
Я думала, что мои чувства вдали от Макса уже утихли, но это оказалось не так, просто пока я знала, что он там, мне, вероятно, казалось, что он всё ещё мой. Глупая!
Глаза наполнились слезами, я подняла глаза вверх, чтобы посмотреть на небо, здесь почти всегда чистое и голубое небо, но это не помогло, слёзы всё-таки полились из глаз. Я вцепилась руками в ограду и мне хотелось не только плакать, но и кричать.
Почему? Почему всё-так не справедливо?! У него обязательства, у меня снова работа. Всё понимаю… Но почему мне так больно…
— Девушка, что с вами? Вам плохо? — раздался вдруг приятный мужской голос из-за спины.
Я отрицательно покачала головой, не в силах повернуться. А как повернуться, когда слёзы продолжают литься из глаз и губы искусаны.
Но мужчина не собирался уходить, и даже пошутил:
— Что бы ни случилось, поверьте, это не лучший способ решать проблему, да и с этой стороны мелко, даже вам будет по пояс
У меня даже слёзы пересохли, сначала от возмущения, потому как захотелось повернуться и сказать, «не дождётесь», а потом и от смеха, когда я поняла, что это была шутка.
Я развернулась.
Напротив меня стоял высокий импозантный мужчина. Не юный, на висках седина, но подтянутый и моложавый. Одет в дорогой костюм, на руке золотые часы, дорогая обувь.
— Ну и как? — раздался вопрос от мужчины
И я с ужасом поняла, что всё это время стояла и бесцеремонно разглядывала его.
— О! Простите, пожалуйста, — я даже зажмурилась
— Ну что вы! Мне даже приятно, особенно если вам понравилось, — великодушно улыбнулся мужчина.
— Да, — ляпнула я, — ой, то есть…, вы очень хорошо выглядите, — наконец, смогла я собраться и сформулировать.
— Первого ответа было достаточно, — снова улыбнулся мужчина."
"Улыбка ему очень шла, я даже залюбовалась, как простая эмоция меняет жёсткое и холодное лицо, делая его более мягким и тёплым.
— Генрих Лифорш, — вдруг произнёс мужчина, и пристально посмотрел на меня, то ли ожидая, что я представлюсь в ответ, то ли отслеживая мою реакцию на его имя.
