Моя навсегда

Может быть, теперь Себастьян наконец поймет, что она его недостойна? — О-он прибежал на шум, — заикаясь говорила Иден, — и, увидев маму, схватил ее сумку и забрал все деньги, а нас бросил на произвол судьбы, — Дрожащей рукой она вытерла слезы. — Я написала записку с просьбой о помощи, указала, как найти охотничий домик, и отпустила лошадей. Они прибыли на плантацию, но никто из слуг не смог прочесть записку. Нас нашли гораздо позже. Я боялась рассказать кому-нибудь о том, что случилось, потому что перед уходом он пригрозил вернуться и наказать меня.

Себастьян молча привлек к себе сотрясавшуюся от рыданий Иден, давая ей возможность выплакаться и тем самым избавиться от непосильного бремени.

— Ведь ты не захочешь взять в приданое мои грехи? — прерывающимся голосом произнесла Иден спустя несколько минут. — Это только моя вина. Я не могла больше оставаться в этой темнице. Тот полуразрушенный подвал был сущим адом, наполненным демонами и снующими взад-вперед крысами… — Она, задрожав, замолчала.

— Нет, это не твоя вина. — Себастьян поцеловал ее в лоб. — Ты была всего лишь ребенком, боявшимся темноты. Даже солдату на поле битвы знаком страх.

А тебе, Иден, было всего семь лет. В этом возрасте собственное воображение может свести с ума. Ты лишь искала понимания и ласки у того, кого волновало только собственное удовольствие.

— Нет, я…

Приложив палец к ее губам, он взял в ладони ее заплаканное лицо и заглянул в ее глаза.

— Если бы у нас был ребенок, ты запирала бы дочь, чтобы провести время с любовником?

— Никогда! — пылко воскликнула Иден.

— Ты изменяла бы мне с другим мужчиной?

— Я не могла бы!

— А она это делала. Ты не можешь понять, как мать могла быть такой эгоистичной и жестокой с собственным ребенком, потому что сама никогда так не поступила бы.

Не понимая ее, ты взвалила всю вину на себя. Ты прощаешь всем остальным их недостатки и отказываешь в прошении себе. Из-за того, что твоя мать никогда тебя не любила, ты решила, что недостойна любви.

— Я была капризна и эгоистична…

— Послушай меня внимательно, Иден. — Себастьян коснулся поцелуем се дрожащих губ. — Пришло время посмотреть правде в глаза, какой бы мучительной она ни была. Твой отец в разговоре со мной признался, что его женитьба была непоправимой ошибкой.

Викторию насильно выдали замуж за Лиланда из-за его богатства и положения в обществе. Это был брак по расчету, и, заведя себе любовника, твоя мать нашла применение своим неизрасходованным чувствам. Она безжалостно отвернулась и от тебя, и от твоего отца. Ты, ребенок Лиланда, была для нее символом нежеланного супружества, а Бет — дитя ее любовника, ее радость. — Себастьян крепче прижал к себе Иден. — Ты всеми силами старалась угодить матери, но ничем не могла завоевать се любовь.