2
0
Я подняла глаза, но молчала, понимая, что Уни очень хочет высказаться.
— Я родилась в Коллсвике, в клане Колдрифт. Когда на наш клан напали соседи, наш ярл даже не пытался… Мы всегда подвергались нападениям разбойников, теряли людей то тут, то там. Но в тот момент… он обменял свою свободу, свободу своей семьи и всё нажитое им в обмен на то, что клан не будет сопротивляться. Многие из наших мужчин были не согласны, но ярл просто отказал в силе камней… Нас всех взяли рабами, мы стали частью клана Дредфьёл, — её голос дрогнул и наполнился ненавистью.
— Но разве Райлен… ярл Райлен делает не то же самое?
— Нет.
— А если они не согласятся? Если будут сражаться за независимость своего клана? — я хмыкнула, скрестив руки.
— Становятся рабами, — Уни пожала своими покатыми плечами, словно это было чем-то незначительным. — Быть рабом у ярла Райлена, там, где нас даже не клеймят, совершенно другое… Ты понятия не имеешь, что делают другие ярлы.
В её глазах на секунду отразилась боль, и я поняла, что в прошлом, тогда когда её похитили, произошло что-то страшное.
— В какой-то момент я поняла, что больше не могу. Без права выбора, без возможности сказать ""нет"". На мне уже было клеймо, и ярл Дредфьёла не давал возможности выкупа. Я сбежала, переоделась мальчиком и начала работать на конюшнях — с клеймом я не могла уйти. Но выдержала всего две недели, — её лицо отразило ненависть и недовольство собой. — Физические наказания оказались хуже возможности сказать «нет», и я не могла делать даже половину того, что делали другие мальчишки.
Я всё так же молчала, поражённая тем, что рабыня решила вот так откровенно рассказать мне свою историю.
— Меня вернули… на предыдущую работу, — тихо прошептала Уни. — А потом, через месяц, ярл Райлен спас меня. И это был один из счастливейших дней в моей жизни.
— Но ты вновь оказалась в такой же ситуации, здесь, с этими мужчинами…
— Нет, это был мой выбор! Который я сама сделала! Потому что я хочу оказаться на свободе как можно раньше, и, конечно, так мне платят намного больше. Быть женщиной, знаешь ли, это не только слабость, но и сила… — добавила она.
Девушка сейчас выглядела совсем иначе, не похожей на ту веселую хохотушку, что встречала нас внизу. Я видела серьёзную, уставшую красавицу. И это означало, что она рассказала мне свою историю не просто так.
— Чего ты хочешь? Почему не выдашь меня? — резко спросила я, перестав скрывать голос.
— Надо же, какой у тебя голос… женственный, — хмыкнула она. — Ты поможешь мне. Судя по тому, что говорят о вашем отряде, скоро тебя освободят, добавят в личную армию ярла.
