2
0
— Многие из вас принадлежат к клану Бартерхалл, но ценность представляют не все. Дравнора-Торговца мы обменяем. Остальные либо из других, нищих кланов, либо не имеют большой ценности.
— Мой клан этого так не оставит! За мной придут! — вскакивает Айриг, но один из похитителей мгновенно бьёт его в колено, и тот падает, звеня цепями.
— Правда? Тогда посмотрим, в течение ближайших недель, пришлют ли за тобой посланника.
Айриг морщится, но помалкивает. Я не знаю, из какого он клана и действительно ли представляет для них ценность. Зато я уверена, что за мной никто не придёт — Синье и Дайнар были самыми нищими членами одного из самых слабых кланов Айзенвейла.
— Сегодня вы проведёте ночь здесь. Чтобы понять, что вас ждёт, если не станете сотрудничать. Воды и еды не будет, но мы пришлём к вам лекаря, — вперёд выходит уже знакомый мне желтоглазый рослый мужчина. По какой-то причине я сразу осознаю, что он имеет больше влияния, чем остальные.
— Я посмотрю, что можно сделать, — пообещал нам Дравнор, прежде чем его увели: торговец, в отличие от нас, сегодня заночует в тёплых покоях на мягкой постели или, по крайней мере, на шкурах.
После того, как похитители удалились, настроение у всех заметно падает. Мы в самом сердце логова врага, сбежать отсюда невозможно — пробить эти толстые стены нереально, а за ними сотни, если не тысячи обученных воинов клана Блэкторн.
— Почему они вообще напали на нас? Мы перевозили подобный груз много раз, делать это просто ради рабов не имеет смысла, — просипела я вопросительно.
— Я слышал, это был необычный груз, — после недолгой паузы ответил Валдрин. — Эта поездка была запланирована почти год назад, и Дравнор хотел, чтобы ты был с нами — как раз из-за того, что ты словно чувствуешь противника издалека.
Не противника. Огонь.
Что же мы везли, что этим заинтересовался сам Наследник?
Мы направлялись в Айсварию, в оплот одного из сильнейших независимых кланов, союзников клана Бартерхалл. Но была ли она конечной точкой нашего груза?"
"Первые пару часов в темнице оказались настоящим испытанием. Леденящий холод просачивается под одежду, и даже меховая подкладка не спасает. Воздух сырой, стены отдают промозглой сыростью, а каменный пол словно высасывает тепло из ног и поясницы.
— Как же холодно! У меня даже волосы в носу превратились в сосульки! — в который раз стенает Отто.
— Новенькие… похоже, долго вы здесь протянете, — слышим мы сиплый, чуть брезгливый голос. В отличие от меня, судя по голосу, этот человек действительно болеет. — Совсем слабаки.
В темноте, там, куда почти не проникает узкий свет из оконца под потолком, кто-то есть.
