Хищная

Я достаю из него бархатную коробочку, открываю ее и качаю головой. В ней ожерелье с сапфирами и бриллиантами.

— Не стоило, Егор. Правда. Это слишком дорогой подарок.

— Ты достойна даже большего.

— Мне теперь неловко вручать тебе мой подарок... Он не такой роскошный.

— Кристина, — тихо говорит и смотрит в глаза, — для меня самый главный подарок — это ты.

Я ничего ему не отвечаю. Поспешно отворачиваюсь, беру предназначенный ему пакет и вручаю. Однажды, когда Кузнецов приезжал в гости, он обмолвился, что стал коллекционировать сигары. Я купила ему одну в специализированном магазине.

Егор проходит в гостиную, здоровается с папой, Ильей и нехотя протягивает руку Максиму.

— С Новым годом, мой самый лучший друг! — Торжественно произносит Кузнецов и протягивает Самойлову пакет.

Максим берет его в руки, смотрит содержимое и меняется в лице. Хочет убрать в сторону, но Ольга перехватывает.

— Ой, Егор, спасибо большое! — Смеется она и достаёт из пакета бутылочку, соску и слюнявчик.

— Я не готовил тебе подарка, — цедит Максим, — не знал, что ты тут будешь.

— Ничего страшного, Макс. Твоя дружба — это лучший подарок.

Егор садится по правую руку от меня.

— У меня есть подарок и для Миши, — говорит мне на ухо, — но он очень большой, в руки не помещается. Завтра утром завезу. Он же все равно сейчас спит?

— Да.

Елена спрашивает Егора про работу, он рассказывает. Кузнецов работает директором по маркетингу в одном банке. Видно, что мать Максима очень хорошо к нему относится. Еще бы. Это ведь самый лучший друг ее сына. Папа тоже задаёт Кузнецову какие-то вопросы, а сам многозначительно смотрит на меня. Я легко могу прочитать в его взгляде «Доча, он хороший парень и все еще тебя любит. Подумай».

Я лишь вздыхаю. Егор всегда нравился отцу.

Ольга все-таки не выдерживает и идёт спать. Максим ее провожает и возвращается через полчаса. Он со злостью смотрит на Егора, который так и норовит ко мне прикоснуться. Если бы мы с ним были вдвоём, я бы ему никогда этого не позволила. Но на глазах у посторонних мне неудобно скидывать с себя его руку.

Но в целом, надо сказать, Егор все это время, что мы общаемся после Викиных похорон, ведёт себя со мной более чем прилично. Он больше не зовет меня замуж, не кричит мне признаний в любви и не позволяет себе большего, чем поцелуй в щеку при встрече и прощании. Хотя, конечно, я прекрасно понимаю, чего на самом деле он добивается.

Время уже близится к 4 утра, папа и Елена собираются спать, Егор тоже уходит. Да и я уже устала, поэтому с удовольствием бы легла отдыхать. Я провожаю Кузнецова, он снова целует меня в щеку.

— Ты все новогодние праздники в «Золотом ручье» будешь? — Спрашивает меня.

— Первые дни точно да, потом, может, к себе вернусь. Не знаю еще.

— Я завтра вечером зайду с подарком для Миши.