0
0
Он приехал без оружия, поскольку хотел усыпить подозрительность этих людей. Здесь нужна была не сила, а хитрость. Его беспокоило только одно: где женщина?
Он поднял голову, и лупа упала в его правую руку."
"— Могу я рассмотреть его возле окна? Мне нужно больше света.
— Сделайте одолжение, — милостиво разрешил Торвальдсен.
— Как вас зовут? — спросил Виктор.
— Птолемей вас устроит?
Виктор усмехнулся.
— Их было много. Вы который?
— Первый. Самый предприимчивый из генералов Александра. После смерти царя он в качестве трофея присвоил себе Египет. Умный человек. Его наследники впоследствии правили страной на протяжении веков.
— Но в конечном итоге они были разгромлены римлянами, — мотнул головой Виктор.
— Как и мой музей. Ничто не вечно.
Виктор подошел к мутному оконному стеклу. На пороге стоял мужчина с пистолетом. Чтобы выстрелить, ему понадобится доля секунды. Оказавшись в лучах солнца и на мгновение повернувшись к стоявшим в комнате спиной, Виктор сделал свой следующий ход.
Кассиопея увидела, как из-за деревьев у дальнего конца дома появился мужчина — молодой, стройный, подвижный. Ночью ей не удалось разглядеть лица тех двоих, что подожгли музей, но теперь она сразу узнала кошачью поступь и осторожную манеру двигаться одного из воров.
Он направлялся к машине Торвальдсена.
Вытащив нож, он проткнул оба задних колеса, а затем вновь удалился в чащу деревьев.
Малоун сразу заметил подмену. Виктор уронил лупу в правую руку, в то время как медальон находился у него в левой. Однако когда он снова водрузил лупу в глаз и опять принялся рассматривать медальон, тот уже оказался в его правой руке. Указательный и большой пальцы левой руки теперь были загнуты внутрь, прижимали к ладони настоящую монету.
Неплохо. Подойти к окну якобы для того, чтобы лучше рассмотреть монету и воспользоваться этим моментом, чтобы подменить настоящую монету на фальшивку.
Малоун встретился взглядом с Торвальдсеном, и датчанин едва заметно кивнул ему, давая понять, что он тоже все видел. Виктор по-прежнему стоял у окна, делая вид, что изучает медальон.
Торвальдсен качнул головой: пусть все идет, как идет.
— Ну что, довольны? — снова спросил Малоун.
Виктор уронил лупу в левую руку и сунул ее в карман — вместе с настоящим медальоном. Затем он поднял руку с зажатой между пальцами монетой — наверняка той самой фальшивкой, которую они с приятелем похитили из музея.
— Она настоящая.
— Стоит пятидесяти тысяч евро? — осведомился Торвальдсен.
Виктор кивнул.
— Я переведу деньги в ваш банк. Только скажите мне, в какой именно.
— Позвоните завтра по телефону, выбитому на монете, как сделали вчера, и мы обо всем договоримся.
— Положите монету обратно в пакет, — велел Малоун.
Виктор подошел к столу.
