Искры между нами

Она умудрялась с урчанием тереться о мою руку и одновременно с этим продолжать рычать на парня."

"— Все, иди отсюда, — я выставила ее в коридор и плотно прикрыла дверь, чтобы маленькое чудище не прорвалось обратно.

Впрочем, немного подрать она все-таки его успела. На руках пылали свежие царапины, а на плече наливался след от кошачьих зубов.

— Прости, — заискивающе улыбнулась, — вчера как-то все закрутилось, завертелось, и я совсем забыла ее закрыть в другой комнате.

Магницкий недовольно посмотрел на меня, потом на свои изодранные руки.

— Подожди. Сейчас перекись принесу, обработаем.

— Глупости, — отмахнулся он, — это просто царапины.

— Ты что! Обязательно надо обработать!

— Даша!

— Не спорь! Жди здесь! — грозно скомандовала я и бросилась на кухню за перекисью. Егор лишь недовольно заворчал и отбросил в сторону подушку, совершенно не стесняясь своей наготы. Сердце снова заколотилось, заметалось в груди, отдавая приятной истомой на кончиках пальцев.

Проклятие. До сих пор не могла поверить, что все это произошло на самом деле. Я. Он. Ночь полная огня. Тело предательски заныло, намекая, что не против продолжения.

…Раздался звонок в домофон.

Я испуганно подпрыгнула, Магницкий в комнате затих, а потом напряженно спросил:

— Кто это?

— Не знаю. Почта, наверное.

Почему-то все разносчики газет, листовок и прочей рекламной мишуры считали своим долгом всегда звонить именно в нашу квартиру.

Я подошла к двери, взяла трубку домофона и беспечно поинтересовалась:

— Кто?

— Дашунь, это мы! — как гром среди ясного неба прозвучал бодрый голос матери, а у меня внутри все оборвалось, — ты дверь по шире открой, мы сейчас будем ящики заносить.

— Хо…хорошо, — проблеяла я, нажимая кнопку с ключиком. Как в тумане повесила трубку, а потом заорала во весь голос, — Родители!!!

— Да ёп… — Магницкий заметался по комнате, натягивая трусы.

— Они меня убьют! — я в панике заламывала руки, — тебя надо спрятать! Лезь в шкаф!

Распахнула шкаф-купе, забитый барахлом.

— Сбредила?

— Лезь, не спорь! — я стала заталкивать его внутрь, — быстрее!

— Даша!

— Черт! Обувь твоя в прихожей! — я бросилась ко входу, схватила его кроссовки и снова пулей в комнату. В подъезде уже слышались голоса родителей, — да залезай же ты!

С силой неожиданной для самой себя, я затолкнула Егора в шкаф, сунула ему в руки одежду, обувь.

— Ты… — начал было он, ошалело глядя на меня.

— Молчать! — скомандовала я, — не смей пыхтеть! Не шевелись! Все! Замри!

— Даш, я же просила дверь открыть по шире, — с укором сказала мама, заходя в квартиру, следом за ней шел отец.

— Простите. Я только проснулась, — у меня по спине стекал холодный пот, — не соображаю еще.

— Не соображает она, — беззлобно проворчала мама.