Искры между нами

Надо же, девочку-ромашку наконец пробрало, и года не прошло.

— Егор! — позвала она, так и не дождавшись моего ответа.

— Я тебя внимательно слушаю, — милостиво кивнул, борясь с соблазном стереть слезы с ее покрасневших щек.

— Я все не так сделала. Не правильно. Мне не плевать! И никогда не было. Просто пыталась спрятаться, быть сильной. А получилось, что вела себя как идиотка.

— Надо же как самокритично.

— Я не могу тебя отпустить? Понимаешь? Не хочу! Не отпущу.

— Это еще почему? — руки на всякий случай за спину убрал, потому что хотелось приобнять эту бестолочь. Но держался.

Смотрел сурово, свысока, и совсем не торопился рассказывать ей, чем завершилась наша эпопея с Рыжовой.

— Не могу без тебя. Дышать больно, когда думаю, что больше не увижу, — ее голос сорвался, — если тебя не будет рядом, я просто умру. Понимаешь?

Я понимал. Сам подыхал все эти дни, когда думал, что навсегда потерял свою девочку-ромашку. У меня не было сил даже кивнуть. Просто смотрел на нее, упиваясь ощущение близости, вдыхая родной запах, как всегда, растворяясь в бездонных глазах.

— Я ведь тебя люблю, Егор, — прошелестела едва различимо, но и этих тихих слов хватило, чтобы сердце пустилось вскачь, — больше жизни.

Я не смог бы ее дальше мучить, даже если бы захотел. Как тут удержаться, когда она прижимается, как маленький несчастный котенок и смотрит прямо в самую душу? Я сдался, притягивая ее к себе, сжимая в объятиях как самую большую драгоценность на свете, и поцеловал, как всегда, дурея от вкуса мягких губ.

Дашка сначала недоверчиво замерла, а потом жадно потянулась навстречу, будто хотела съесть. Руками обвила мою шею и прижалась всем телом. Остатки здравого смысла тактично намекали, что негоже целоваться на крыльце отчего дома, в котором сидят родители и гости, охреневшие от феерического спектакля Рыжовой.

Второго акта, с участием другой девушки им точно не выдержать. Стариков беречь надо, а то мало ли стресс, сердце…

Мне еле хватило сил отстраниться.

— Дурочка ты, Даша, — выдохнул, прижимаясь своим лбом к ее.

— Я знаю, — у нее по щекам все еще катились слезы.

— Как ты вообще попала на территорию Поселка?

— Лесом прошла и через забор перелезла.

— Сумасшедшая, — рассмеялся я, — а если бы меня на крыльце не встретила.

То, что? В дом бы вломилась?

— Да, — она как болванчик затрясла головой, — вломилась бы и, если бы потребовалось силой тебя утащила.

— Иногда ты меня пугаешь, — я чуть не засмеялся, представив себе эту картину.

— Я не могу тебя ей отдать. Не могу, — горько сказала она, — не отдам. Бороться буду…

— Расслабься. Боец, — ухмыльнулся я, — Свадьбы не будет. Рыжова отказалась сама от этой затеи. Но и я бы не стал. Сам.

— А как же ребенок? Его тоже нет? — в ее голосе засквозила отчаянная надежда.

— Есть.