1
0
Теперь это так называется? Маленько встряхнулся?
— На хрен все это было? Зачем надо было давить и устраивать все это, если знала, что у нас ничего и никогда не получится?
— Знала, — Алена не стала отрицать, юлить и как-то оправдываться, — просто в какой-то момент перемкнуло. Знаешь, как это бывает. Приходишь в магазин, видишь какую-то вещь, и ни о чем думать не можешь, пока ее не заполучишь. А потом, когда она у тебя в руках, не можешь понять, зачем она нужна, и убираешь в самый дальний шкаф или вообще выбрасываешь. Вот так же и с тобой.
— Спасибо за сравнение.
Она только плечами пожала. Сука неисправимая.
— На хрена беременеть надо было?
— Вот здесь случайно вышло, — нехотя созналась она, — не думала, что так получится. Как две полоски увидела, так чуть со страху не сбрендила. Аборт хотела сделать, но в последний момент передумала. Поняла, что не могу. Да к тому же такой козырь в руки приплыл.
— А мой ли это козырь? — кивнул на ее живот, — может, все-таки другой крупье где-то поблизости пробегал?
— Даже не надейся выйти сухим из воды, Егор. Твой. Я все так же готова сделать любые тесты.
— И что теперь?
— Теперь, — она потерла кончик носа. — теперь все будет хорошо. По крайней мере, у меня. Как ты со своими проблемами будешь разбираться, меня волнует мало.
— Вообще не сомневаюсь.
— Знаешь, я когда лежала в больнице, пациентка из соседней палаты сказала мне одну умную вещь, — Рыжова задумчиво стряхнула пылинку с моего плеча, — Ребенок счастлив, когда счастлива его мать. Так вот с тобой я никогда не стану счастливой. Поэтому вали к своей Дашке, или еще к кому.
Обалденная способность замутить адский треш, а потом еще и послать на хрен, будто это я к ней навязывался. М-да, повезет кому-то с ней. Ой, как повезет.
— Ты, конечно, свинья, Магницкий, но за этот подарок, — Алена положила руки на свой едва заметный живот, — большое спасибо.
— Я отказываться не собираюсь, — сказал абсолютно серьезно, — можешь рассчитывать на поддержку
— Егор, я рассчитываю на нехилые алименты, — усмехнулась она, и снова потянулась к ручке, — мне пора.
Я отступил в сторону, позволяя ей выйти на улицу. Почесал макушку. Рассеяно оглянулся, успев заметить, как всколыхнулись шторы на окнах — родители за нами оказывается все это время подсматривали.
— М-да, — протянул, направляясь к дому, — м-дааааа.
Стоило только переступить через порог, как на меня набросились предки.
— Ну что поговорили?
— Поговорили, — кивнул, наконец стягивая с себя проклятую бабочку и вдыхая полной грудью.
