Лишняя в его доме (СИ)

Свое положение я прекрасно осознаю, только не понимаю, что хочет услышать от меня свекровь? Так и хочется сказать: «Я тоже считала вас неглупой женщиной, но, видимо, ошиблась, раз вы верите той лжи, что льется из уст второй жены вашего сына», — но я закусываю внутреннюю сторону щеки, чтобы ничего не сказать. Начни я объяснять и оправдываться, это ничего не изменит, люди верят в то, во что хотят верить. Малике и ее мужу выгодно верить Алине, а не мне. Наверняка после того, как она поговорит со мной, позвонит и доложит невестке, что отчитала меня.

— Она носит нашего внука, мы все… — интонацией подчеркивает последние слова, — мы все… будем заботиться об Алине, создавать благоприятную для нее обстановку, чтобы она выносила здорового малыша.

Надеюсь, ты меня услышала, и мы больше не вернемся к этому разговору, — строго заканчивает. Малика ждет подтверждения, возможно, кивка, но я упрямо молчу, глядя прямо ей в лицо. Вижу, что свекрови не нравится мое упрямство. Зло поджимает губы, разворачивается и величественно покидает мою спальню."

"Еще один кусочек моей души покрывается тенью. В очередной раз убеждаюсь, что разочаровываться в людях всегда неприятно.

Даже если этот человек практически ничего для тебя не значит, от обиды хочется плакать.

Эльдар так и не пришел поговорить. Его вообще не было в особняке.

От ужина я отказалась. Александра попыталась настоять, но я сказала, что переела в обед, и меня немного мутит. Когда бабушка Атана пришла проведать меня перед сном, я притворилась, что уже сплю. Не хочу делиться плохим настроением, а на то, чтобы притворно улыбаться, не осталось никаких сил. Весь день в голове звучали слова свекрови: «…осознаешь свое положение в этом доме…».

По-другому это звучит: «Ты никто в этом доме!». Неужели всю жизнь мне придется глотать обиды? Всю жизнь придется чувствовать себя пустым местом?

Бабушка Атана нежно погладила меня по волосам, что-то ласковое прошептала на родном языке и тихо вышла, прикрыв за собой дверь. Платину моей боли и обиды прорвало. Утирая слезы уголком пододеяльника, я тихо всхлипывала в подушку. Завтра проснусь с красными, опухшими глазами…

— Ты почему плачешь? — голос Эльдара прозвучал так неожиданно, что у меня чуть сердце не выпрыгнуло из груди.

— Что ты здесь делаешь? — старалась не всхлипнуть, вышел звук, похожий на икоту.

— Я спрашиваю, почему ты плачешь? — игнорируя мой вопрос, подходит и включает нижнюю подсветку.

— Живот болит, — не придумала ничего лучше и тут же пожалела. Он подается ко мне, но тут же отступает.

— Сейчас вызову врача. Почему сразу не сказала? — складывается ощущение, что Эльдар действительно волнуется. В его руках загорается экран телефона.

— Не надо никому звонить, у меня ничего не болит, — резко отвечаю, вытирая мокрые щеки.