Довести Хабиба

Вкус его кожи, слюны и почему-то мандаринов взорвался на языке, окончательно пьяня.

– К тЭбе пошли, – хрипло предложил Хабиб, чуть отстранившись и упираясь лбом в мой лоб, – Там встрЭтим.

– А речь? Куранты? –я растерялась.

– На кой тЭбе речь? ХочИшь, я толкну, – немного раздраженно фыркнул Сатоев, – А куранты…Будильник завЭдем.

– А салют? – я не сдавалась. Пропустить Новогоднее застолье казалось настоящим кощунством и не укладывалось у меня в голове.

– Из окна пАсмотришь, – отрезал Хабиб, рывком оторвал меня от стены и потащил в дом.

Притормозил только у накрытого в гостиной стола, чтобы взять с него пару бокалов и бутылку шампанского."

"С каждым шагом становилось жарче. Тело ощутимо лихорадило в предвкушении. Казалось бы, ничего еще не происходит. Но то, как близко, след в след, шел Хабиб, как затылок покрывался мурашками от его долетающего горячего дыхания, как его запах и теплая, давящая аура плотно окутывали меня, порождая ощущение фантомных прикосновений- все это буквально сносило меня, делая ноги ватными, а дыхание неглубоким и частым. Только сейчас ощутила, что немного пьяна. От шампанского голова была тяжелой, мысли притормаживали, и все происходящее казалось сном, отбрасывающим условности.

В голове обрывком всплыл голос Хабиба, говорящий, что завтра утром перевал откроют, и тут же растаял в мареве других ощущений, оставляя лишь горьковатый, режущий по-живому след.

Толкаю дверь дрогнувшей рукой. Краем глаза улавливаю, как Хабиб опирается ладонью о дверной косяк, пропуская меня первой и одновременно подбираясь совсем близко. Захожу в темную комнату, до сих пор хранящую пряные интимные запахи, сейчас едва уловимые, но от того лишь еще более будоражащие. Словно мы навсегда оставили здесь частичку себя. Оглядываюсь на Хабиба, застрявшего в дверном проеме, и вижу, как он копошится в телефоне.

– БудЫльник ставлю, – поднимает он на меня немного насмешливый и тягучий взгляд.

Я киваю и тянусь к выключателю, но Хабиб накрывает мою руку своей и не дает включить свет.

Вместо этого переплетает наши пальцы и крепко обнимает со спины. Позади скрипит дверь, хлопок, и полоска света из коридора исчезает, оставляя нас в густой вязкой темноте. Моргаю, пока глаза не привыкают, и льющегося из окна желто-сиреневого света становится достаточно, чтобы видеть очертания предметов в комнате.

Снова закрываю глаза, потому что Хабиб целует меня в шею, царапая бородой и проводя влажным языком по коже. И от того по нервным окончаниям растекается трепет. Хабиб делает это медленно, но уверенно, будто у него есть право на все, что сейчас произойдет. И меня это так подкупает. Хочется забыться, довериться, расплавиться здесь и сейчас. Под ним и для него.

Разворачиваюсь к нему, чтобы помочь раздеться.