Злые клятвы

Наша кровать.

Этого я тоже не планировал.

Это должна быть моя кровать. Место, где я могу побыть один. Когда мы собирались пожениться в первый раз, я устроил для нее одну из гостевых спален. Я пришёл бы к ней потрахаться и всё. Но теперь… черт, я даже больше не уверен. Я преследовал ее три года, и за это время что-то внутри меня начало хотеть ее. Обладать ею. Заявить права на нее. Оставить ее, и не только из-за подписанного соглашения между нашими родителями.

Эвелин отличается от светских людей, с которыми я обычно встречаюсь. Она не поверхностная и не пустоголовая. Такие вещи, как деньги и власть, похоже, ее не интересуют. Ни одна настоящая светская львица не выжила бы так, как она, три года скитаясь из города в город, имея с собой лишь рюкзак. Черт, ни одна светская львица не ушла бы с нашей свадьбы так, как она. Они бы довели дело до конца, точно зная, что получат."

"Деньги, которые можно потратить, и легкомысленные вещи, которыми можно заполнить дни.

Идея стать светской женой вызывает у Эвелин отвращение. Она не хочет, чтобы ее держали и выставляли напоказ как не более чем трофей. Женщина хочет быть на равных. Что-то, что я никогда не смогу подарить ей по-настоящему, потому что я не позволю моей жене погрузиться во тьму управления якудза вместе со мной. Ей не нужна моя почерневшая душа, чтобы запятнать ее.

Шелковая простыня нашей кровати, должно быть, соскользнула во время ее сна, потому что она собрана у нее на бедрах, открывая мне восхитительный вид на ее кремовую кожу. Простая майка, которую она носит, задралась вверх по ее животу, обнажая каждый плавный изгиб. Этого зрелища достаточно, чтобы мой член затвердел.

Оторвав взгляд от ее трахаемого тела, я направляюсь в шкаф, чтобы взять пару трусов.

Какого черта? Застонав, я запрокидываю голову в раздражении от состояния моего шкафа. Эта маленькая искра переставила весь мой гардероб. Открыв ящики комода, я обнаруживаю, что он тоже полностью переставился. Для меня это не более чем незначительное неудобство. Настоящее неудобство доставит Ай, которой поручено наводить порядок в моем шкафу.

Посмеиваясь, я нахожу пару трусов и натягиваю их, выбрасывая полотенце в корзину. Я обращаю взгляд на ту часть шкафа, где находится половина жены, и обнаруживаю, что там полно новой одежды. Маркс выполнил обещание и доставил новый гардероб моей жены, но что-то не так с одеждой, аккуратно висящей напротив моей.

Они слишком формальные.

Слишком деловито.

Они похожи на вещи, которые носила бы моя помощница, а не на искре с дикими глазами, спящий в моей постели. Я уточнил, что ей нужно иметь какой-то наряд, подходящий для торжеств и вечеринок, но это абсурд. Даже у меня есть повседневная одежда, которую я ношу время от времени, когда отдыхаю дома, что случается редко.