12
0Многие уже знали ее и видели, что пленница вновь готова ринуться в бой. Любопытство пересилило вражду, к тому же мужчины успели заметить, что туника Байярда залита кровью.
— Прекрасное развлечение, Байярд! — раздался оглушительный вопль Ансельма, перекрывший шум. — Ты в самом деле считаешь разумным вооружать рабов?
При этом ехидном намеке Байярд густо покраснел и, поскольку Ансельм намного превосходил его знатностью и богатством, предпочел отделаться шуткой:
— Нет, конечно, но нужно же было хоть как-то оживить праздник! Многие уже засыпали вместо того, чтобы продолжать пить!
Последовали язвительные выкрики, и Бренна настороженно наблюдала, как двое противников, по всей видимости, оставив задуманное, скрылись в толпе. Девушка повернулась в направлении голоса, который так легко узнала, и ее дымчато-серые глаза загорелись от ненависти. Она сразу заметила Ансельма, сидевшего на углу длинного стола. Взгляды их встретились, и Бренне потребовалось собрать все свое мужество, чтобы не завопить от ярости и не кинуться на врага, как дикий зверь на добычу.
— Брось кинжал, Бренна.
Тело девушки напряглось, но рука только крепче сжала рукоятку.
— Нет, он теперь мой!
— Но что это даст тебе? — удивилась Элоиза.
— По крайней мере поможет защититься от грязных лап этих животных, — отрезала Бренна, снова оглядевшись, прежде чем сунуть нож за пояс.
— Наверное. Только Гаррик вряд ли позволит тебе сохранить оружие.
Глаза Бренны зловеще сузились, рука вновь потянулась к клинку.
— Тогда он очень пожалеет об этом! — резко бросила она и, кивнув на Ансельма, добавила:
— Скажи от меня мужу, что я вызываю его на поединок. Он может даже выбрать оружие, я одинаково искусно обращаюсь с любым!
— Нет, Бренна. Я не стану этого говорить. — Элоиза, вздохнув, покачала головой.
— Но почему? Ты же скажешь это от моего имени, а не от своего.
— Викинги не сражаются с женщинами. Это бесчестное деяние.
— Но я должна видеть его мертвым! — вскричала Бренна в отчаянии. — Я не привыкла прятаться от врага и хочу встретиться с ним в честном бою! Пусть выйдет против меня!
— Он не станет делать этого, девушка. И, поверь, Ансельм знает, как ты к нему относишься!
— Но этого недостаточно! Неужели ты не понимаешь, что моя жизнь разбита, и во всем виноват твой муж! Мои люди мертвы из-за него, люди, с которыми я выросла, делила хлеб, заботилась и защищала! Муж моей сестры… погиб! У нас в замке жил норвежец… — Она поспешно замолчала, чтобы не выдать слишком многого. — Он был моим другом и пал от меча викингов. А моя служанка, старая женщина, любившая меня как мать… — Бренна повысила голос, не в силах сдержать скорбь. — Она рухнула с лестницы, с топором в спине. За что? Она никому не сделала зла.
