12
0Он сам приехал сказать ей об этом, взяв с собой Элоизу, чтобы та переводила. Встреча прошла не совсем хорошо, поскольку Бренна была в отчаянии оттого, что придется прожить здесь лишний год. Однако Ансельм был в прекрасном настроении, после того как увидел первого внука и узнал, что скоро на Свет появится второй. Он настаивал, чтобы Бренна вернулась в поселок. Та упрямо отказывалась, оскорбленная подобным предложением.
— Но это ради твоей же пользы, — объясняла Элоиза. — Ты больше не можешь жить одна.
— Могу и буду! — вскричала Бренна. — Ничего не изменилось. Я никогда ни от кого не буду зависеть!
— Пожалуйста, Бренна, подумай хорошенько. Тебе с каждым днем будет все тяжелее передвигаться. Нельзя продолжать жить, как раньше.
— Нет!
— Хоть раз забудь о гордости, девочка. Теперь тебе нужно заботиться не только о себе, но и о младенце!
— Ах, она все так же упряма, — мрачно заметил Ансельм. — И никогда не будет счастлива в этой стране. Если бы только мой тупоголовый сын не был таким безмозглым дураком, ничего бы не пришлось менять!
Элоиза неловко откашлялась:
— Неужели ты не можешь понять, Бренна?
— Я останусь здесь, миледи, и смогу позаботиться о себе. Мой растущий живот не помешает добывать пропитание. Я по-прежнему хорошо попадаю в цель и не собираюсь больше ездить верхом. Но лес близко, и дичи там много. Я не стану рубить дрова, а для костра достаточно и хвороста. Постараюсь ничем не навредить младенцу.
— Мы уверены, что так оно и будет, Бренна, — согласилась Элоиза. — И знаем, как велики твое мужество и гордость. Но всякое бывает, и случается иногда непредвиденное.
— Я буду очень осторожна.
— Если не хочешь вернуться, — вздохнула Элоиза, — может, согласишься, чтобы кто-нибудь жил с тобой? Твоя тетя велела спросить, не позволишь ли ты ей приехать и остаться с тобой в этом домике? Тогда мы будем меньше волноваться за тебя.
Бренна не сразу ответила. Какое счастье, если тетя снова будет рядом! Есть кому рассказать о новых ощущениях, когда малыш начнет шевелиться и брыкаться в «животе или новое желтое пятно появится на лице… поговорить с тем, кого она любит и кому можно все рассказать.
— Но вы дадите тете свободу?
— Бренна, ты сама не знаешь, чего просишь!
— Дадите?
Элоиза повернулась к мужу:
— Бренна согласится позволить Линнет остаться, только если ты освободишь ее.
— Нет! Никогда!
— Но что сейчас всего важнее? — взорвалась Элоиза, потеряв наконец терпение. — Бренна может умереть здесь в одиночестве, или младенец погибнет. Кто-то должен быть умнее, если девочка никак не хочет признавать разумных доводов!
— Зубы Тора! — выругался Ансельм. — Наша жизнь была такой простой, пока я не привез ее сюда! — Ну?
— Делай как считаешь нужным, госпожа.
