Ведьма Вильхельма

Может, он под одеждой шерстяной? А что? Выпустил мех и ходи себе, не мерзни.

Потерев плечи, еще немного приблизилась к костру, да так задумалась, что прикосновение сзади меня изрядно напугало.

— Это я, — прошептал Охтарон, обнимая меня со спины. — Я вас погрею. Вы не против?

Знаете, я никогда не думала, что от пары простых слов, от совершенно невинного прикосновения у меня будет перехватывать дыхание. Мне даже ответить было трудно, поэтому я лишь покачала головой, зажмуриваясь.

Наверное, это даже страшно, когда кто-то другой способен заставлять ваше тело сходить с ума. Всё в нём начинает работать не так, как я привыкла. Сердце бьется слишком быстро, в районе живота время от времени что-то сжимается, в голове гудит. И воздуха, воздуха катастрофически не хватает. Это даже чем-то похоже на болезнь, Вот только заболеть ею мечтают многие, если не все, так как ощущения эти хоть и странные, но приятные и волнующие.

Раньше, ни в той жизни, ни в этой, я ничего подобного не испытывала, поэтому с неким интересом прислушивалась к себе, пытаясь запомнить эти ощущения. Не думаю, что так реагировать я буду всегда, именно поэтому нужно запомнить, как можно лучше эти мгновения. Эту тишину, треск костра, отступивший холод, звуки окружающей природы, теплое дыхание на коже и странное, пленяющее томление внутри.

— Я хочу вас поцеловать.

Мне казалось, что чуть ранее моё тело вело себя странно. Я ошибалась. После этих слов, я едва не задохнулась. Неужели всегда так? Это очень странно. Чувство того, как грудь распирает от пьянящего восторга и какой-то нереальной радости, я уж точно не забуду.

Чуть шевельнувшись, добилась лишь того, что Охтарон прижал меня к себе сильнее, словно подумал, что я хочу отстраниться от него.

— Вы ведь хотели меня поцеловать, — прошептала я.

— И сейчас хочу. Не убегайте, — голос эльфа звучал приглушённо и низко. Он буквально вибрировал, отчего я ощущала, как внизу живота становится всё горячее.

— Я не убегаю, — фыркнула, облизывая губы. Тут же пришла мысль — хорошо, что после еды попила отвар, который должен был отпить запах жареного мяса. Этой мысли я улыбнулась, ощутив себя такой глупой и юной, хотя если сложить две мои жизни вместе, то юной я точно не была. — Мне ведь надо повернуться. Так… будет удобнее.

Рука Охтарона тут же исчезла с моей талии, и я встала, поворачиваясь. За те доли секунды, что понадобились Охтарону, чтобы снова обнять меня и прижать к себе, я успела решить, что это плохая идея. Наверное, я просто струсила.

Кажется, паника, мгновенно охватившая меня, стала так заметна, что Охтарон замер, вглядываясь в моё лицо. Но даже так, он не отпускал, прижимая так, словно опасался, что я в любую секунду сбегу от него.

Чем дольше он тянул, тем сильнее я нервничала.