Ведьма Вильхельма

Значит, это действительно изнанка, но почему такая… нормальная? Помню, поначалу, когда я увидела Охтарона, даже сразу не разобрала, что передо мной живое существо, настолько облик был смазанным и неразборчивым. Это потом, я немного приспособилась и смогла даже черты лица его немного рассмотреть. Мои мысли прервались, когда один из людей стянул с себя замысловатый шлем. Он тряхнул головой, позволяя длинным волосам свободно упасть на плечи.

— От этого шлема у меня уши натирает.

Я сглотнула, отступая на шаг назад. Голос был таким отчетливым, что мне казалось, я на самом деле рядом с ним. А ещё это был не человек. Это был эльф! Типичный такой красавчик эльф, с длинными, светлыми волосами и острыми ушами.

— Надень. Сменный увидеть без шлема, попадёт тебе на орехи, — послышалось позади.

Я обернулась, тут же замечая в метре от меня второго эльфа. Тот был, в отличие от первого в шлеме, но вот красивое лицо и глаза цвета темной зелени всё равно выдавали в нём эльфа. А ещё рост. Оба они были почти под два метра, но всё равно не выглядели долговязыми и неуклюжими. Я бы назвала их высокими и стройными. Сейчас, смотря на них, и вспоминая тех двоих, что провожали нас до Вильхельма, я в очередной раз убеждаюсь, что Охтарон не похож на эльфа. Он, несомненно, красив, но его красота скорее мужественная, чем вот такая… идеальная.

— И сколько мы будем еще торчать в этом каменном мешке? — спросил первый эльф, с явной неохотой натягивая шлем обратно. — У меня от этого замка скоро изжога будет. Тут так убого, что смотреть тошно. Всё-таки у людей совершенно нет чувства прекрасного.

— Откуда ему у них взяться, если они живут так мало. За такой небольшой срок невозможно ничего постичь. Они только и успевают, что плодиться, чтобы их раса не исчезала. По мне так людей стоит пожалеть. Их тела слабы, слишком уязвимы и срок жизни мал. По-сути, у них есть не больше тридцати лет, потом же они начинают болеть, стареть, а затем и умирать. А учитывая, что половину из этих тридцати, они как бы дети, то на жизнь им остается всего пятнадцать лет. И за эти годы им надо сделать очень многое. Не думаю, что в таких условиях кто-то будет думать о красоте или же о прекрасном.

Эльфы замолчали, так как к ним подошли ещё двое.

— Сменяемся, — сказал один из подошедших.

— Опять в подвал, — заныл самый первый.

— Не спорить, Минаниэль.

— Да, да, подвал так подвал.

Кажется, это парень весьма буйного характера, а может просто ещё совсем молодой. Немного постояв, решила пойти следом за ними.

— … любителем этих короткоживущих коротышек.

Услышала я слова первого эльфа. Кажется, тема людей еще не окончена.

— Насчет коротышек я бы с тобой поспорил. Многие из них имеют высокий рост. Да и люди по-своему симпатичны.

— Ага, особенно те, что живут в городах.