2
0Большинство судов разбились в океане или в южном полушарии. Материк Поларис занимает малую долю поверхности планеты.
- Нам будет что искать, - отметил Эрвин с тревожным смешком.
- Вам будет не до поисков, - угрюмо бросил Нави. – Слушайте же! Большинство кораблей были роботами. Это бездушные железки, вроде тягача без машиниста или телеги без кучера. По ним мало кто горевал. Но однажды – восемнадцать веков назад – случилась трагедия. В темном зазоре пропал колониальный звездолет: две сотни экипажа, шесть тысяч колонистов, реакторы терраформинга, зародыши биосферы… Летающий город, из которого можно развернуть целый мир на чужой планете. С этой целью он и отправился в путь – чтобы создать анклав ближе к центру галактики. Но исчез без следа. Все, что от него осталось, теперь лежит на дне Бездонного Провала.
- Да, - выдохнул Адриан, - о, да!
Нави посмотрел с грустью."
"- Ну, да, с этого началась ваша история. Выжившие члены экипажа стали Праматерями и Праотцами, от них пошли дворянские рода. Выжившие колонисты считались простолюдинами. Имелась причина для такого неравенства: между экипажем и колонистами возник конфликт. Пассажиры хотели позвать на помощь. Большинство оборудования погибло, осталось только три биореактора и несколько роботов. Тогдашний Поларис был ядовит, враждебен, населен монстрами и паразитами. Шансов на выживание почти не имелось, зато энергию реакторов можно было сжечь в одной огромной вспышке – и послать сигнал бедствия. Поймав его, быть может, придут спасатели… Елена (первый навигатор) и Агата (астрофизик) утверждали обратное. Сигнал бедствия не будет замечен с такого расстояния. Темный зазор – это же сотни парсек пустоты! Но если сохранить биореакторы, можно попытаться заселить планету. Изменить климат и состав атмосферы, создать новую флору и фауну – словом, сделать Поларис пригодным для жизни. С тремя реакторами вместо двенадцати – почти невероятное дело. Но все же больше надежды, чем от сигнала бедствия. Вильгельм и Янмэй – капитан и главный инженер звездолета – приняли решение. Мятежи колонистов подавили силой оружия, а затем начали биотерраформинг.
- Первое Древо! – Адриан восторженно воздел руки.
- Да, Первое Древо стало истинным чудом. Никто прежде не менял биосферу отдельно на одном континенте. Это считалось невозможным: либо вся планета – либо ничего. Была и другая беда: для «корней» Древа требовались три глубоких водоема, расположенные примерно в вершинах треугольника. А имелось только два – Дымная Даль и Бездонная Пропасть. Прародители смогли пересечь враждебный материк пешком, неся реакторы на плечах роботов. Они заложили второй реактор в Дымной Дали и отыскали место для третьего – полость под долиной Первой Зимы, вход в которую теперь зовется гротом Косули.
