2
0Но похвалить Парочку она не успела, поскольку фаворит сказал тоскливо:
- Битва начинается…
Хармон подумал: славная компания тут собралась, одна паршивая овца – юнец этот. Чего он вечно недоволен? Живет как у Софьи за пазухой, все ему можно, ничто не запрещено. И при этом – постоянные жалобы!
- Юноша, вы сомневаетесь в нашей победе? – ехидно спросил купец.
Фаворит вздохнул:
- А что вы зовете победой?.. Впрочем, нет сил спорить о терминах. Лучше займитесь шаром.
Два раза просить не пришлось: спустя минуту Хармон уже был в корзине. Натаниэль воззрился на него:
- Сударь, вы устали от жизни?
- Моя жизнь только начинается. Сорок Два, давайте руку, я помогу залезть.
Юноша повысил голос:
- Хотите умереть – вольному воля, но не понукайте других! Кайр, прошу, не лезьте туда, или мои целебные усилия пропадут даром.
- Лезьте, дружище! - подбодрил Хармон. – Он выманивает нас, чтобы лететь самому!
Натаниэль уныло сказал Минерве:
- Прошу, ваше величество: не окружайте себя идиотами. С ними очень трудно… Передайте этим суицидальным ослам: шар будет уничтожен с вероятностью девяносто семь процентов.
Весельчак хлопнул в ладоши:
- Гробки-досточки! Я так и знал!
* * *Эрвин лежит, не понимая, проснулся или нет. Во сне и наяву одинаково худо, граница незаметна. Дышать тяжело, в легких булькает и хрипит, точно там плещется вода. Мышцы задубели, словно у трупа. Веки смерзлись и онемели – не разлепишь… Но даже с закрытыми глазами Эрвин ясно видит женщину.
Светлая Агата склоняется над ним, гладит по волосам и говорит:
- Прости.
Эрвин не верит ушам. Она говорит:
- Я слишком долго не приходила. Извини меня.
Он пытается пошутить: мол, понимаю, у тебя куча всяких праматеринских дел, на Звезде-то хлопот невпроворот. Агата говорит:
- Я знаю, как тебе трудно."
"- Ах, сущие пустяки! С легочной хворью три ночи поспать на снегу, а потом – в бой. Это же Север, тут все так забавляются…
Агата кладет палец ему на уста: не время для шуток.
- Долго искала слова, чтобы поддержать тебя, и нашла лишь одни. Завтра мы встретимся.
Она делает паузу. Смысл достигает сознания.
Эрвин хрипло вздыхает:
- Мастерски поддержала, ничего не скажешь. Я полон благодарности…
Агата показывает ему длинное гусиное перо - целое, без излома.
- Я сделала такой выбор. Не стала утаивать, сказала главное.
- Вот спасибо за заботу!.. А не найдется ли у тебя хоть чуточку более полезных сведений?
- Виттор никогда не был на Звезде и не встречал Ульяну. Я спросила ее и получила ответ: Ульяна презирает Кукловода так же, как все мы. Она даже не придет за его душой.
- Благодарю, - говорит Эрвин уже без сарказма, – но это я и сам понимал.
Тогда Агата взмахивает пером, оно растворяется в воздухе, а вместо пера возникает хронометр - точно такой, как у Эрвина. Агата отщелкивает крышку, показывает циферблат.
