Тень Великого Древа (СИ)

Всем заправляла рыжая лучница – Чара. По ее приказу другие всадники надевали шпоры на сапоги мертвецов.

- Здравия, сударыня. Не скажете ли, кем были эти воины? Они погибли при взятии замка?

Чара глянула искоса и промолчала.

- Сударыня, вы либо не слышали, либо не поняли: я обращался к вам.

Лучница посмотрела Джоакину прямо в глаза, исключая любую ошибку. Затем молча вернулась к делу.

Чего скрывать: злила его эта дамочка! Чара была для Пауля тем же, кем Джоакин - для графа Виттора. Лучшие стрелки двух армий могли бы стать товарищами по оружию. Правда, это было бы чуток зазорно для Джоакина: ведь он теперь рыцарь, а Чара – простая шаванка. Да и в бою она должна быть хуже его: женщина все-таки… Но Чара вела себя так, будто она – легендарный воин, а путевец – чистильщик сапог.

- Наглая стерва, - буркнул Джоакин.

Мартин посмеялся:

- Эк она тебя! А нечего было спрашивать, и так ясно, кого хоронят.

- Не хоронят, а сжигают. Что же вам ясно, милорд?

- Ханида – вот кого. Видел дохлика без руки? Это ее оттяпали вместе с Перстом.

Джоакин нахмурился:

- В замке была горстка стражи. Как они смогли уложить ханида?

- Трупы вчерашние, - со знанием дела сказал Мартин. – Погибли еще до замка. Видать, в лесной засаде.

- Дрянь дело…

Армия Избранного не встречала сопротивления. Рыцари Нортвуда ушли за Крейгом штурмовать столицу графства, а кайры Десмонда Ориджина избегали сражений и непрерывно отступали. Но там, где прошли двуцветные, оставались ловушки всех возможных видов. На узких дорогах оказывались ямы с кольями, мосты рушились под ногами шейландцев, сухостой вспыхивал. Отряды фуражиров попадали в засады и уничтожались. На холмах прятались северные стрелки и, сделав пару быстрых залпов, убегали. А уж отравлено могло быть что угодно - от родников и колодцев до ягод малины на кустах. Бороться со всем этим было крайне затруднительно. Вокруг стояли нортвудские леса – идеальное место для засад. Если граф посылал солдат на зачистку местности, они пополняли собой списки потерь. Если ускорял ход, чтобы настичь подлого врага, то обозы отставали от армии и подвергались набегам. Даже Персты Вильгельма не слишком помогали в лесу.

Граф не хотел тревожить воинов. С его слов засады северян казались комариными укусами, но Джоакин был посвящен в истинное число потерь. Из армии выбыло убитыми и ранеными уже четыреста двадцать человек. И это - без единого крупного боя! Чтобы защитить своих солдат, граф принял жесткое, но верное решение: послал вперед шаванов Гной-ганты. Пауль проявил своеволие – теперь его люди расплачивались за это. Так что шаванские погребальные костры не были редким зрелищем. Но чтобы в случайной засаде погиб перстоносец!..

- Ай, как плохо, - расстроилась Лаура. - Боя не было, а мы теряем солдат.