2
0
Вот тогда священник явно перестарался. Он хотел лишь поддержать миледи, усилить ее ореол аристократизма. Но нечаянно, не рассчитав силы слова, представил ее чуть ли не лучшею невестой на свете. Внучка отважных и благородных Лайтхартов, племянница шута Менсона, который всем лордам Палаты задал чертей, талантливая художница, девушка редкой красоты - да еще с таким приданным! Не барышня, а сказка наяву! За первородными дамами обычно вовсе нет приданного, сама кровь Праматери уже считается богатством. А тут – искровая плотина!
- Постойте, - вмешался Эрвин, - откуда вы знаете о плотине? Граф Флейм упомянул ее в приватной беседе, слышали только Джемис и Обри. Кто из них проболтался?
Давид схватился за голову:
- Милорд, простите, я не помню, откуда узнал. Быть может, еще в столице…
- Вы не могли узнать в столице, мы встретили Флейма в Альмере.
- Не от Флейма узнал, а где-то еще… Помилуйте, не вспомню! Кто-то сказал, и мне запало в голову…
- Значит, вся шумиха - из-за вас? Это вы так расписали Нексию, что даже памятник влюбился бы?
- Умоляю, простите, - лепетал Давид, на него жалко было смотреть. – Я лишь хотел помочь девушке. Помню, какою яркой дамой была леди Аланис, и кайры очень ее уважали. Боялся, что не примут леди Нексию, вот и сказал в ее пользу…
- Кайры и Нексию уважали! Она завоевала почет своими собственными силами, стала первой леди нашего войска. Ради нее все старались быть лучше – но только в духовном смысле. А вы сделали так, что теперь ее взаправду хотят. Вы – сводник, отче!
Несчастный Давид не нашел слов в свое оправдание. Оба выдержали паузу: герцог – с грозным видом, священник – с виноватым. Но потом, осмыслив ситуацию, Эрвин смягчился:
- Впрочем, извольте знать, вы оказали мне услугу.
- Правда, милорд?..
- Как мне, так и Нексии. Бедная девушка все еще любит меня и старается побороть чувства. Вы поместили ее в центр романтического внимания – это исцелит ее раны и поможет скорей забыть меня. А я буду только рад, если Нексия вновь обретет счастье.
- Милорд, вы не шутите?..
- Слово Ориджина. Наша связь прервалась почти два года назад. Сейчас миледи для меня – словно вторая сестра. Благодарю за то, что помогли ей.
С того дня Эрвин стал замечать странное: тупое упрямство Джемиса, как ни странно, давало плоды. Навязчивый мужчина – смешон и подобен ослу… но, видимо, Нексия питала симпатию к осликам. Она позволяла кайру быть рядом, с любопытством слушала его рассказы – а Джемис бывает очень болтлив, если дать волю. Упоминая его в разговоре, говорила «кайр Лиллидей» немного другим тоном, чем «капитан Лид» или «лейтенант Фитцджеральд». А когда Джемис помогал ей спешиться, делала вид, будто совсем обессилела и вот-вот рухнет наземь.
- Противоположности притягиваются, - нашептывала альтесса Тревога.
