2
0
В карете она предпочла бы остаться одна, но Нави-то приехал с нею вместе, куда его теперь денешь? Он сидел в кабине напротив Миры, а рядом – капитан Шаттэрхенд, верный защитник императрицы. Капитан понимал, что Минерва никак не настроена на беседы, а вот Нави бестактно нарушил молчание:
- Ваше величество, кайр-казначей говорил, что сын его друга тяжело ранен. Если он согласится, я мог бы попытаться…
- Зачем? – бросила Мира.
- Чтобы вылечить… Я не медик, но с помощью скальпеля могу сделать больше, чем ваши лекари. Быть может, мне удастся…
- Я имею в виду – зачем вам его лечить? Сорок Два для вас никто, чужой человек. Хотите выслужиться передо мною? Право, не стоит! Уже попытались – ничего хорошего не вышло!
Нави покраснел, словно юная девица.
- Как – зачем?.. Он же страдает…
- Итан тоже страдает. Много вы сделали для него?!
- Я пытался! Но должен был предупредить, нельзя иначе.
- Вот именно, пытались…
Нави раскрыл рот, но капитан оборвал его:
- Довольно! Не докучайте владычице.
И юноша уткнулся в окно, а Мира с горечью и злобой смотрела на него, думая: как можно быть настолько черствым? Навязывать беседу, когда мне так плохо! Из-за вас, между прочим: могли солгать про эти ваши проценты... Ладно, не только из-за вас, я и сама виновата. Забыла Итана, пока упивалась властью, потому теперь моя помощь выглядит столь лицемерно… Но вы тоже хороши! Обещали лечить, а не языком болтать!..
Как вдруг Минерва поняла: не ей одной плохо. Нави горюет ничуть не меньше, его личико серо от печали. Смягчившись, она спросила:
- Вы расстроены тем, что не сдержали обещания? Полноте, сударь. Вы оказали мне огромную услугу с Перчаткой Могущества, я этого не забыла.
- Я расстроен потому, что хотел помочь. Если б вылечил Итана – это было бы чистое, однозначное добро. Без дурных последствий, без побочных эффектов. Добро – и точка. Знали бы вы, как редко такое удается…
Искренняя горечь его слов обезоружила Минерву.
- Сударь, вы очень помогли мне, научив говорить с Перчаткой. Разве это не добро?
Он рассмеялся так, будто Мира сказала кощунственную глупость.
- Я дал могучий инструмент девушке, о которой почти ничего не знаю. Это не добро, а беспечность и безрассудство, и слабая надежда, что вы натворите не слишком много бед.
Мира поджала губы.
- Я тоже не знаю вас и не потерплю подобных выпадов. Желали о чем-то спросить – извольте поскорее. Хочу рассчитаться с вами.
- Нужно задать несколько вопросов, а не один… Раз вы не в духе, то начну с главного: расскажите о последних достижениях науки.
- Неужели вы их не знаете? – удивилась Мира. – Все знают: волна, пересылка векселей…
- Нет, нет, я же не об этом! Хочу узнать про то, что еще не внедрено.
