2
0Я разыщу этих солдат и подвергну строгой каре. Если вас не затруднит, помогите мне с опознанием.
- Так точно, генерал.
- Нет более постыдного дела, чем пожирание плоти живого человека. Даже если эта плоть была отделена от тела.
- Да, генерал! Меня чуть не стошнило. Это почти то же самое, что жрать мертвеца!
Хорис решительно качнул головой:
- О, нет, сир, я не могу согласиться. Кто ест живую человеческую плоть, тот совершает надругательство над природой. Но тот, кто употребляет плоть покойника с должным почтением и молитвой, тот поклоняется священному таинству смерти.
- Невелика разница! И то, и другое гадко!
- Вы тысячу раз, не смущаясь, ели свинину. А мертвый человек, в отличие от свиньи, наполнен духовностью. Он близок к Павшей и любим ею. Приобщаясь к мертвецу, мы прикасаемся к божественному. Важно делать это с молитвою и мыслями о Ней.
Джоакин судорожно сглотнул. Уставился на свою тарелку.
Зажал рот рукой, вылетел из шатра, упал на колени, корчась от спазмов.
Закатники вышли следом и некоторое время наблюдали, как Джоакин блюет.
- Он не приемлет Ее, - сказал Лахт Мис.
- Он не приемлет себя, – возразила Хаш Эйлиш. – А Павшая давно уже владеет им.
- Моя девочка, - генерал потрепал ее по затылку и обнаружил влагу на волосах. – О, дождь начинается, как я и говорил!
- Общий подъем! – скомандовал Лахт Мис. – Готовься к дождю! Начать помывку и сбор воды!
Все вокруг засуетились, вынося ведра, котелки, кадки. Кто-то раздевался, кто-то бегал в поисках мыла, кто-то готовил щетки, чтобы мыть коней.
Джоакин перекатился на спину и подставил лицо первым каплям ливня. Подумал: какая гадость! Трупоеды проклятые! Падаль, фу…
Полежал еще немного, умылся, сплюнул остатки тошноты.
Подумал: черт, зря меня вырвало. Через час снова захочу жрать.
Звезда - 2
Июль 1775г. от Сошествия
Герцогство Альмера
Тьма, как поздно она догадалась!
А хитрый Эрвин говорил ей, когда еще доверял. Гвенда, Луис, Минерва, жидкости тела… Это была лишь одна теория, Эрвин придумывал их пачками, Аланис слушала вполуха, не веря, что в тот раз он попал в цель. Тьма! Сообрази она вовремя…
Глядя в зеркало, она терла пальцами засос на шее, потом облизывала их, как леденец. Сухо. Ни капли слюны не осталось. Целая ночь прошла, уже утро…
Пауль только раз поцеловал Аланис, и то в шею. Пауль ни разу не пытался ее взять. Приказал солдату изнасиловать ее – хотя мог сам. Но каждого ханида вир канна он поцеловал прямо в губы. В губы. Каждого.
Она вымазала маслом засос на шее. Тщательно стерла кусочком хлеба и съела. Может быть… Нет, не может. За ночь высохло начисто, да и смазалось об подушку.
А впереди – Альмера. Первые сотни дикарей уже прутся через Юлианин мост, чтобы грабить, топтать, пожирать ее родную землю.
Аланис видела тренировки ханидов, слышала все наставления.
