2
0Волнение за Гордона Сью затуманило мысли, вот и сделал не подумав. Нужно было сперва обсудить с Джемисом и Фитцджеральдом, а уж потом говорить всем. Но теперь поздно: группа офицеров стоит перед герцогом, и у каждого лицо чернее пахотной земли, и каждый уже все понял о Гордоне Сью.
- Милорд, есть ли шансы? – спросил Фитцджеральд почти без надежды.
- Я выжил с такой же болезнью, - ответил Эрвин. – То было чудо.
Все поникли, буквально согнулись к земле. Гордона Сью любили. В Альмере он рискнул репутацией и чином, чтобы спасти лес с деревнями. А в бою у Флисса сумел выстоять против тройного превосходства врага. Его любили больше всех остальных командиров!
- Да поможет ему Праматерь Сьюзен, - с горечью молвил барон Айсвинд.
А Шрам сказал:
- Фитцджеральд, смотри, не подведи Гордона Сью!
И это вынудило Эрвина ляпнуть поспешно:
- Я еще не сделал назначение. Кайр Джемис… - он запнулся, поскольку все офицеры изменились в лице, - …вам доводилось командовать ротой?
- Вы знаете, что нет, - холодно процедил кайр.
- Милорд, - вмешался барон Айсвинд, - я бы задал иной вопрос. Где был кайр Джемис, когда вас держали под огнем?
Айсвинд - агатовец и прим-вассал Ориджинов - мог говорить без обиняков. Эрвин видел по лицам: каждый офицер согласен с бароном. Герцог ответил вместо Джемиса:
- Кайр Лиллидей заметил, как пал мой Дождь, и подвел мне нового коня.
Айсвинд сказал:
- Спасая вас, Гордон Сью отдал руку и, вероятно, жизнь. Кайр Квентин заплатил головой. Кайр Обри лежал в огне рядом с вами и спасся только чудом. А кайр Джемис ушел во тьму и просто привел коня. Удобная роль.
Джемис опустил тяжелую ладонь на эфес. Барон откинул плащ за спину:
- Я к вашим услугам, если желаете.
А Шрам возразил:
- Не вижу причин для поединка. Барон не сказал ничего, кроме чистой правды.
- Отставить! – рявкнул Эрвин. – Вы обезумели?! Никаких дуэлей на вражеской земле!
Айсвинд показательно убрал руку от меча.
- Простите, милорд, больше не повторится. Я лишь хотел предупредить вас: бойцы первой роты едва ли подчинятся кайру Лиллидею.
- И не нужно, - отчеканил Джемис. – Я откажусь от чина, даже если предложите.
- Вы свободны, кайр, - бросил Эрвин. Хотя просилось на язык: «Что с вами такое, тьма сожри?!»
За два следующих дня Джемис не заговорил ни с кем, кроме собаки. И нарушил молчание лишь для того, чтобы сказать:
- Мы должны пойти за Паулем.
Верный своей угрюмости, он не стал ничего пояснять. Имелось в виду, очевидно, следующее: догнать орду и атаковать с тыла в тот же день, когда Снежный Граф ударит во фронт. Как триста воинов смогут победить двадцать тысяч, даже при условии полной внезапности? Как избежать шаванских разъездов, которые рыщут вокруг орды? Должно быть, Джемис имел варианты ответа, но не стал их озвучивать.
- Безумие, - сплюнул барон Айсвинд.
