Телохранитель для демона

Туман и аварх мгновенно устроились рядом. Пушистик так вообще залез ко мне на руки, сергал положил голову на колени и заурчал. Они были положительно довольны происходящим, а я нет… Откуда-то пришла тревога за… дарая.

— Скоро вернусь, — произнес тот, за улыбку которого я была готова умирать хоть каждый день, и призвал грани.

А я осталась, с тревогой вглядываясь в то место, где он был еще совсем недавно и где я четко ощущала разлом. Куда он? И зачем? И почему лицо было такое печальное?

Медленно тянулись минуты…"

"Пушистик смешно посапывал, и его третья лапка забавно подергивалась, время от времени отчаянно лупя Тумана по носу.

Сергал морщился, но терпел. Он чувствовал мое состояние и печально смотрел на меня своими оранжевыми глазами с алой радужкой, а я испытывала такое сильное чувство тревоги, что даже сердце заболело. Я вообще раньше и не подозревала, что сердце может болеть.

Потом зашел СеАвир, я нервно сообщила, что дарай в купальне. Эльф явно хотел поговорить, но пришел СеХарэль, молча выдал затрещину, не больно, но обидно. Затем спросил про пиявку… Светлый сказал, что это был он, и маги вышли в коридор, по пути узнавая друг о друге много нового… Снова пострадал зад дракона, а пни, как оказалось, размножаются почкованием, а вот от них уже, в результате, появляются тупоголовые эльфы.

Едва за ними закрылась дверь, я вскочила. Это дикое ощущение паники даже дыхание сдавило. Я не могла больше здесь находиться, я должна была выяснить, что с Арвиэлем!

— Ты остаешься здесь, — кратко приказала Туману и осторожно переложила спящего аварха на ковер, — не впускай никого.

— Уа-о-о? — с тревогой протянул сергал.

— Прости, — обняла мохнатую голову, — лучше я сама. Я быстро.

И, подойдя к месту, где все еще ощущался Разлом, я потянула грани. Куда идти — не знала совершенно, как искать дарая, тоже понятия не имела. Четко знала лишь одно — я должна его найти! И грани разомкнулись, почти снося волной боли, выворачивая кости на руках и пытаясь сломать. Зря, я сильнее… хоть и больно очень, но я сильнее, и намного. И я вхожу в белое марево, стараясь ощутить хоть чье-то присутствие… Тщетно.

И, едва не рыча от злости и тревоги, я побежала вверх, туда, где мы были в прошлый раз, и плевать, что в Радужных чертогах не безопасно!

Я выдохлась на подъеме, когда очертания неожиданно темного строения в белом мареве стали отчетливыми. Хуже всего, что уже много часов я ничего не ела, а грани тянут силы… На подступах к чертогам поняла, что теряю сознание — грани оказались сильнее. Выхватив кинжал, полоснула по руке и, пока грани пили мою кровь, продолжила подъем.