3
0Когда-то, в детстве, так делала мама, а потом он вырос и стал стесняться этого жеста, и мама быстро от него отучилась, уважая сыновнюю взрослость, и так и не приучилась обратно, хотя с годами он стал просто мечтать, чтобы она ерошила его волосы. Она, а теперь еще и Лилия Ветлицкая. Хотя всем понятно, что этого никогда не будет. Делать ей нечего, как ерошить волосы какому-то там Лаврову. Неудачнику и слабаку.
Он вздохнул, горько и отчаянно, как вздыхают только от большого горя, и снова взялся за карандаш. Думать о работе, а он почему-то считал это именно работой, было гораздо проще, чем о Лилии Ветлицкой.
Итак, шестая жертва, Дина Кострова. По словам подруги, незадолго до Нового года она рассталась со своим любовником и страшно переживала по этому поводу. Преподаватели, однокурсники ни о чем не догадывались. Дина была закрытым человеком, предпочитая не делиться ни с кем личными переживаниями, и только близкая подруга, с которой они в общежитии жили в одной комнате, знала о том, что девушка часто плакала. Правда, в депрессии она была лишь до Нового года, а затем успокоилась и даже как-то повеселела. Говорила, что неудачная любовь — это не конец жизни, а всего лишь новый эмоциональный опыт.
— А кто был ее любовником? — спросил Иван Бунин.
— Не знаю, она скрывала это даже от меня. Говорила, что он очень известный в городе человек и, естественно, женат, поэтому она должна хранить тайну.
— В жизни не поверю, что девушка может никому не проболтаться, — усомнился Воронов. — По опыту своей жены знаю, что все женщины — ужасные болтушки.
— Ну, не знаю, — свидетельница на это немного резкое замечание не обиделась, — мне она никогда ничего такого не рассказывала. Правда, у нее есть одна очень близкая подруга, школьная. Она осталась в Вельске, в том городке, откуда Динка родом. Может, она и знала. Динка как раз на Новый год в Вельск ездила, может, и просветленная такая вернулась, что ей подружка мозги промыла.
— А как зовут подружку?
— Наташа, кажется. Вы простите, но я же с ней не знакома. Дина с ней по телефону каждый день разговаривала, так вроде Наташа.
В тот же день сыщики написали запрос в Вельское отделение полиции с просьбой установить школьную подругу Дины Костровой, Наташу, и с ней поговорить.
— А скажите, — спросил у нее Бунин, — как вы считаете, Дина могла повеселеть от того, что решила шантажировать своего любовника? Что-то вымогать?
— Нет, что вы. — Девушка испуганно всплеснула руками. — Динка очень тихая была и порядочная. Она не могла бы ни мстить, ни шантажировать. И потом, она очень его любила, этого человека.
