2
0— Хулио у себя?
— Говорят, отъехал.
— Надолго?
— Не докладывал.
Макияж снова исчез с ее лица. И что-то железное, холодное слышалось в голосе.
— А как твои дела вообще?
— Порядок, — сказала Таня, отворачиваясь к окну.
Денис прошел в свой кабинет. На полу лежал сложенный вдвое листок бумаги — видно, просунули под дверь. «Д. П, спрашивала по телефону какая-то особа». Буквы торопливые, небрежные.
— Кто это писал?
Денис открыл дверь, но в коридоре уже никого не было.
"Он сел за стол, подшил оригиналы протоколов в дело, а копии втиснул в скользкую пластиковую папку. Прошел в фотолабораторию и спрятал папку в мешок с заскорузлым тряпьем. Вряд ли кто-то полезет сюда в ближайшие десять лет. А скорей всего вообще никто не станет заглядывать внутрь, сожгут, и все.
Затем Денис просмотрел материалы по «Визирю».
«… 11 ноября сего года рабочий день в 000 „Визирь“ начался в 8.45, а закончился в 17.00… грузчики и водители обеденный перерыв провели в гаражах, а персонал центрального офиса ходил обедать в „Лабинку“… со склада отгружено двадцать ящиков, развезено по точкам двадцать ящиков… ничего подозрительного, требующего углубленной проверки, задень не случилось…»
Машина запущена, она крутится, работает, потребляет материальные и людские ресурсы, но вместо котлетного фарша на выходе оказывается обыкновенное дерьмо.
Картина на сегодняшний день привычная, и никто не задается вопросом — почему так происходит?
Таким вопросом задавался один Денис, но и у него появлялась мыслишка: почему ему больше всех надо? Нет, в самом деле — почему? Они с Валерией договорились, что сегодня вечером посидят в «Космосе».
