Секретные поручения

Даже после тяжелого ночного дежурства от важняка пахнет исключительно «Кашарелью» — насчет запахов мать здорово ошиблась. У него нет возвращенных на доследование дел и оправдательных приговоров. На всех совещаниях Курбатова хвалят, прокурор постоянно ставит его в пример личному составу. Но именно Курбатов указан Холмсу как объект, представляющий интерес для оперативной разработки.

Сам Холмс после стажировки станет шестым следователем.

…Проработав здесь месяц, Денис так и не успел толком ни с кем познакомиться.

Некогда было. Дело Димирчяна, похоже, зашло в тупик. Сам Газар участвовать в убийстве водителей не мог — весь тот день был на работе, в обед сидел в бытовке, резался в карты.

Потому кофе Денис пил в одиночку; здороваясь с коллегами поутру, не всегда мог сразу вспомнить, кто из них кто, особенно если коллега не посещал курилку — как, например, Антон Снетко.

Но долго продолжаться так не могло. И однажды Таня Лопатко зашла в его кабинет, держа незажженную сигарету в оттопыренных пальцах.

— Все на обед ушли, а у меня огня как назло нету. Выручай, Петровский.

Минуту назад Денис слышал, как они с Тихоном переругивались из-за какой-то пишущей машинки. Он поднес зажигалку. Таня прикурила, пальцы ее при этом заметно дрожали. Красивые пальцы, только ногти неровно обстрижены.

— У тебя какие проблемы. Петровский? — сказала Таня, выпуская дым тонкой аккуратной струйкой. — Вон, полюбуйся, даже плесень на обоях выступила оттого, что ты все время здесь сидишь, как пень. Кравченко сказал, ты напоминаешь ему Альфонса Бертильона.

Денис улыбнулся. Бертильон, один из основателей современной дактилоскопии, в начале своей карьеры работал обычным помощником письмоводителя в префектуре парижской полиции и отличался очень неуживчивым и мрачным характером.

— Я в цейтноте, — сказал Денис. — Буксую.

— Никто не колется?

— Никто ничего не знает. Кто знал — тот уже ничего не говорит.

— Плюнь и разотри, — сказала Таня. — Стандартная ситуация, она рассосется сама собой, только не надо зацикливаться. Сходи выпей нормальный молотый кофе в «Космосе», поболтай с кем-нибудь.

Когда у меня работа не клеится, я всегда с кем-то разговариваю. Надо только выбирать умных собеседников, это самое сложное… Кругом одни жлобы!

Лопатко уронила пепел на стол, быстро сдула его Денису на брюки, извинилась и затушила сигарету в чайном блюдце на подоконнике. У нее в самом деле красивые руки — «счастливые», как говорят хироманты; только между указательным и средним пальцами на правой руке желтокоричневое йодистое пятно от табака.

— Так ты идешь.