0
0Но сразу скажу, в семье Зольниковых разводов не будет! Три дня вам на примирение.
— А иначе?
— А иначе вылетите с работы оба. С волчьим билетом. И никакой майор, — выразительно дёргает мне бровями, явно намекая на Мансурова, — это не переиграет.
Знает уже, значит, про майора.
Компромата на меня у полковника Зольникова за глаза…
— Иван, выйди, я хочу с Виктором поговорить.
Скользит спиной по стене, поднимаясь.
— Дядька… Все, что она скажет, херня полная. Не верь ей.
Хочется залепить ему ещё раз. Но одного раза вполне достаточно. Эмоции выплеснуты. Хватит!
Выходит.
— Ну почему нельзя как Андрей с Варей, а? — психует Виктор.
— Наверное, потому что я — не Варя, а Иван — не Андрей?
— Да, ты точно не Варя.
— Ну, извини, Вить… — развожу руками. — Я вроде бы никогда Варей и не прикидывалась. Поэтому, твое разочарование не уместно.
— Я не разочарован. Я… опечален, блять. Что два взрослых человека не могут найти компромисс.
— Есть вещи, в которых он невозможен.
— Есть. Не спорю. Но если один из вас сотворил какую-то херню такого плана, тогда я разочарован, да.
— Это точно была не я, так что… Вопросы не ко мне.
— Иван сказал не верить тебе. Ему я верю.
Ну вот! То самое — в итоге все окажутся на стороне Ивана. А мне и не нужно никого на мою сторону. Я как-нибудь разберусь сама!
— Ты хотела мне что-то сказать?
Выкладываю на стол свой телефон, с выражением стреляя на него взглядом.
— Я ничего не могу сказать… в свое оправдание.
Хмуро смотрит на телефон.
— А я? — кладёт свой рядом. — Мне есть что тебе сказать?
— Боюсь, что тоже нечего, — положительно киваю ему.
Да, твой тоже слушают!
— Пойдем, покурим.
Открывает балкон.
Оставляя телефоны на столе, выходим, закрывая за собой дверь.
— Встряла всё-таки… — скрипит Виктор.
Мне нечего ему сказать. Хотя нет…"
"— Отчасти это и твоя вина. Если бы не твои блок-посты, работала бы сейчас спокойно в какой-нибудь нашей опер группе. У Сергея, например.
— Единственное, что меня удерживает от того, чтобы навялять тебе — это то, что у тебя внешность моей жены. Рука не поднимается.
— Не переживай об этом. Мне уже хорошо досталось, Вить.
— Ну ты же у нас такая крутая девочка! — зло. — Ты же всё сама решаешь! Тебе на мнение семьи и защиту, которую она даёт похер! Ты сама справишься, да?!
А вот это обидно… Попрекать меня не надо!
— Я тебя услышала — “Ивана не топить”.
Резко разворачиваюсь к двери.
— Стоять, капитан, мы не договорили!
— Своим сотрудникам приказывай, — хлопнув дверью, вылетаю в коридор.
Срываю с вешалки пальто. Сердце оглушающе колотиться. Перед глазами пелена.
А почему, собственно? Виктор никогда ко мне симпатией не пылал.
А потому что казалось — есть стена позади меня. Мощная. Зольниковы.
