Приграничье

 — Мне, чтоб выспаться, сутки подряд продрыхнуть надо.

— Пошли уже, засоня. — Ермолов, поднявшись с рюкзака, принялся прилаживать на ноги охотничьи лыжи.

— Пошли, — тяжело вздохнул я и дернул на себя опершегося о дерево Шурика. — Глаза разуй!

— А че такое? — уставился на меня здоровяк.

— Смотри! — ткнул я в серый нарост на коре — гнездо северных москитов.

— Фу ты, напугал! — облегченно выдохнул Ермолов, перчаткой сбил гнездо на снег и направился в лес. — Сухое оно, не волнуйся. Все — руки в ноги и бегом.

— Прям уж бегом, — тяжело вздохнул я и потащился следом.

"К Лысой горе мы вышли через пару часов. Не то чтобы в лесу заплутали — просто особо не торопились. Хоть Дикая охота и должна была все зверье разогнать по укромным уголкам, а выглянувшее из-за туч солнце распугать попутавших день с ночью исчадий Стужи, но все же лишний раз решили не рисковать. По сугробам пробирались не спеша, подозрительные, да и просто чем-то не приглянувшиеся места обходили десятой дорогой. Зато и добрались без приключений. Приключения начались уже на опушке.

— Ложись! — дернув меня за рукав, повалился в снег Ермолов, когда мы только-только начали выбираться из ельника.

— Ты чего? — уткнувшись лицом в снег, тихонько прошипел я. — Опух, что ли?

— Не дергайся. — Ермолов не спеша вытащил из рюкзака свернутый маскхалат и аккуратно накинул на меня. — Все, теперь отползай обратно. Только медленно.

Я чертыхнулся и, извернувшись, освободил ноги от лыж. Дальше пошло легче и вскоре мне удалось убраться в густой подлесок и нормально расправить почти сливающийся по цвету со снегом маскхалат. Вот бы еще понять, какая муха Шурика укусила — вроде ведь спокойно все.

— Ну и что за маневры? — все же не решаясь подняться на ноги, подполз я к пятившемуся с опушки в лес Шурику.

— На Лысой горе кто-то есть, — отдышавшись, сообщил он мне и достал бинокль. — То ли оптика блеснула, то ли еще что… Хорошо, как раз туда смотрел — заметил.

— Да не должно здесь быть никого! — скептически отнесся я к его заявлению. — Ладно — раньше было там где переночевать, а теперь-то что на горе делать? На склонах такой ветер — мама не горюй!

— Делать там, конечно, нечего, но если тебе туда надо, значит, и другие не глупее паровоза оказались — Спустя пару минут Шурик протянул мне бинокль: — На, взгляни.

Некоторое время я разглядывал склоны Лысой, но так и не заметил ничего подозрительного.

— Ну и что?

— Где сруб стоял, примерно представляешь? — вместо ответа спокойно спросил Ермолов, и чем-то мне его интонации напомнили взрослого человека, разговаривающего с не слишком сообразительным ребенком.

— Ну.

— Посмотри туда.

— Смотрел уже.

— Еще раз посмотри.