13
0Главное дойти домой… домой…
* * *
— Леди Рене, я вас обыскалась! Где вы были? — Тилли вглянула из кухни, когда я вошла на почту. — Силы небесные, да на вас лица нет! Что случилось?!
Повариха выскочила из-за прилавка и бросилась ко мне. Ее полная рука легла на мой лоб, после чего женщина крикнула:
— Шелли Блумкин! Быстрее! У нашей девочки жар!
Я слышала ее словно сквозь плотную подушку. У меня кружилась голова, тело горело в адском пламени, и если бы не Тилли, я бы упала на пол.
Но повариха удержала меня, а через секунду на помощь подоспела вдова Блумкин. Я услышала ее взволнованный голос, который почему-то раздавался эхом в ушах:
— Моя девочка, что случилось?! Ответь! Ответь!..
…Очнулась я в своей кровати с холодным компрессом на голове. Рядом сидели все. Начиная от Тилли и заканчивая кузнецом. Доктор Либерман стоял с другой стороны кровати, сложив руки на животе.
— Я что умерла? — прохрипела я и облизнула пересохшие губы. — Вы сидите, словно у гроба…
— Она пришла в себя! Силы небесные! Она снова с нами! — воскликнула Тилли, а потом строго произнесла: — Прикусите язык, леди Рене! Разве можно такое говорить?!
— Милая моя, вы должны беречь себя, — наставительно произнес доктор. — Иначе все может закончиться лихорадкой. Вы что, долго ходили под дождем?
— Пришлось… — я прокашлялась. — По делам бегала.
— Женское здоровье очень хрупкое. Нельзя быть такой безответственной! — господин Либерман погрозил мне пальцем. — С кровати не вставать неделю! Неделю и ни днем меньше!
— Мы проследим за этим, — деловито сказала вдова Блумкин, окидывая меня грозным взглядом. — Она у нас и шагу не сделает из своей комнаты!
Что ж, после пережитого я была не прочь отлежаться. Тем более что мне нужно осмыслить все, что произошло.
Глава 64"
"Пять дней пролетели очень быстро. Недомогание прошло, здоровье поправилось, да и семья не давала скучать. Они приходили ко мне в комнату каждый вечер и устраивали настоящие творческие посиделки. Тилли готовила ароматный чай или какао, пекла вкусности, а вдова Блумкин рассказывала истории из своей жизни. Жозеф читал книги, найденные в библиотеке отца, Тония расчесывала мне волосы, и от ее мягких рук всегда клонило ко сну. Кузнец играл нам на маленькой гармошке, называемой в моем мире концертина. Здесь почему-то ее называли «люленька». Тайп Лунч владел «люленькой» в совершенстве, а его куплеты были очень смешными, напоминая чем-то наши частушки.
Я немного успокоилась. Меня никто не преследовал, а это значило, что у Аскольда все-таки получилось что-то предпринять. Это не могло не радовать. Осталось дождаться от него новостей. О том, что произошло в доме вдовы Блумкин, я старалась не думать. Меня пугали даже мысли о перстне, который невероятным образом врос в мою кожу. Но я ничего не чувствовала.
